— Можно сказать и так, — ответила я.
— Но мы так говорить не будем! — вмешалась Афродита.
— Не хотим показаться непочтительными, — добавила я, — но просто мы уже давно противостоим Неферет и поэтому видели то, что она тщательно скрывает от Высшего совета и от вампиров вообще.
— Но когда мы пытаемся вывести ее на чистую воду, нам никто не верит, потому что мы дети, — фыркнула Афродита. — Никчемная стайка сопляков и изгоев!
Я вскинула бровь.
Афродита быстро исправилась:
— Это я не о себе. Это я обо всех остальных.
— Вот поэтому я и здесь, — сказала Танатос. — Как глаза и уши Высшего совета.
— Так что на самом деле означает покупка Советом этого здания? — спросила я.
— Надеюсь, что это означает, что золотая кредитка моей маман сможет хоть чуть-чуть передохнуть, и что некоторые из нас — те, которым не нужно на рассвете забираться в гробы — После ремонта смогут переехать в нормальные Помещения, — вздохнула Афродита.
— И это тоже. Но также и то, что Вокзал станет законным отдельным Домом Ночи, не связанным с первым Домом Ночи Талсы, — объяснила Танатос. — Совет полагает, что было бы мудро обустроить здесь Дом Ночи для красных недолеток, чтобы тот существовал отдельно от прежнего Дома Ночи.
— Лучше не надо! Именно поэтому в Брокен Эрроу не построили две средних школы. Это вызвало бы слишком сильное соперничество в районе, — возразила я. — Нам было достаточно ненавидеть «Юнион» и «Дженкс», а это лучше делать единым фронтом.
— О чем ты, черт возьми, говоришь?
— Брокен Эрроу, Юнион, Дженкс, — перечислила я. — Школы. Когда в одном городе их слишком много — это отстой.
— Ты была Председателем школьного совета или занимала еще какую-нибудь столь же нелюбимую большинством должность? В Талсе туча школ, и Ад еще не замерз! — заметила Афродита. — Переполненные школьные автобусы, везущие детей в одну школу — это идиотизм, который к тому же позволяет белому мусору учиться вместе с нормальными людьми. Какая гадость!
К счастью, Танатос встала между нами.
— Стандарты человеческих подростков никогда не влияли на вампирское законодательство в отношении недолеток. Талса находится в центре страны. Она определенно поддержит идею создания здесь второго Дома Ночи. Наша численность растет, особенно теперь, с появлением красных недолеток, которые так же есть теперь и в других районах, не только здесь.
— Другие красные недолетки? То есть, помимо наших? — спросила я.
— Да.
— А их Метили красным или они умирали, а потом оживали уже с красными Метками? — спросила Афродита, прежде чем я успела взглядом приказать ей заткнуться.
— С вами живет пока что единственная известная красная недолетка, Помеченная красной Меткой, — отозвалась Танатос.
— Значит, вы знаете про Шайлин, — затаив дыхание, спросила я.
— Да. Неферет объявила, что до того, как Шайлин Пометили, она была слепа, а теперь прозрела. И Неферет предположила, что у бедной девочки и так было слабое здоровье, и поэтому ей не пришлось умирать, чтобы получить красную Метку.
Я хотела защитить Шайлин и сказать, что дело вовсе не в ее недуге, а в особенности, но внутренний голос подсказывал мне пока молчать о ее Истинном Зрении.
— Зои, нет смысла что-либо скрывать от того, кто ищет правду, разве что ты предпочитаешь ложь и обман, — удивила меня Танатос.
Я встретилась с ней взглядом:
— Я не предпочитаю ложь и обман, но Неферет научила меня кое-чему важному, а именно: осторожно выбирать людей, которым я доверяю. — А затем, поскольку внутренний голос продолжал мне подсказывать, заявила то, что крутилось на языке: — Слышала, что у Неферет новый Супруг. Вы об этом знали?
— Нет. Зои, ты считаешь ее новым Супругом Аурокса? Дар он Никс или нет, но Неферет никоим образом не показала, что между ними существуют романтические отношения. Кажется, он просто ее слуга.
— Я не об Ауроксе, — продолжала я, хотя от простого упоминания его имени почувствовала себя странно. — Я о Белом быке.
Танатос выглядела совершенно потрясенной:
— Зои, почитание Белого и Черного быков — глубокая древность, и знание о них угасло многие века назад. У меня лишь остаточное понимание этой религии и ее прошлого, но могу тебе сказать, что ни одна Жрица Никс никогда не вступала в интимные отношения с Белым быком. Твои слова звучат мерзко и являются серьезным обвинением.
Лицо Танатос становилось бледнее и бледнее, пока она не разволновалась настолько, что вокруг поднялся ветерок, развевающий ее волосы.
«Власть над Воздухом в сочетании с властью над Смертью — это интересно», — подумала я, а вслух сказала: