— Ребенок, тебе холодно? — шепот Эрика заставил вздрогнуть, — Что-то не так?
Просто убери от меня руки. Пожалуйста. Пока я не задохнулась. Но вместо того, чтобы сказать все это, я постаралась улыбнуться. Коснувшись пальцев Крейна, я сжала их, успокаивая Осириса.
— Все нормально, не обращай внимания. Просто устала.
— Вел, — в голосе Крейна была слышна сонная улыбка, — все будет хорошо. Не бойся меня так сильно. Я люблю тебя и знаю, что ты любишь меня. Просто мы не с того начали, — губы Крейна тихонько коснулись моих волос, а я закрыла глаза, успокаивая дыхание, — ты все равно еще очень маленькая, а тут все это, — бормотание Эрика сходило на нет.
Спустя где-то час Крейн спал так крепко, что его не могла разбудить никакая возня. Осторожно выпутавшись из сети рук, я беззвучно ступила на пол, натягивая платье. Стараясь не смотреть туда, где спал Осирис, я выскользнула из спальни. Надо действовать очень быстро, пока он еще обманчиво чувствует мое тепло.
В моей комнате действительно спала Эли. Сердце болезненно сжалось, но я сглотнула образовавшийся комок. Вытащив из-под кровати рюкзак, я скинула платье, натягивая привычную майку и штаны. Ра поежилась во сне, но я уже беззвучно испарилась из комнаты.
В детской мне показалось, что глаза просто вытекут от слез. Закончив прощаться с сыном, я стянула с пальца кольцо Крейнов и положила ему в кроватку. Мама всегда рядом. Записка, приготовленная заранее, чей текст мог прочитать только Эрик, легла рядом. Выбежав из комнаты, я чувствовала, как мое сердце осталось биться где-то рядом с маленькими детскими пальчиками сына. Но как еще спасти их всех? Своего ребенка без энергии, разорвать мучающую Эрика связь и исправить ошибку, унесшую столько жизней? Ты прав, Крейн. Все будет хорошо.
— Валери, — рука Натали обхватила мою кисть у самого входа.
Не видя ничего сквозь туман перед глазами, я все же обернулась. Осирис смотрела решительно. Она знала все и до последнего надеялась, что будет не так. Что я не смогу. Не останавливай меня.
— Ты точно этого хочешь? — пальцы Натали сильнее сжались на моем запястье.
— Да. Это то, чего я действительно хочу, — женщина кивнула в ответ на мои слова.
— Тогда отдай мне это. Иначе уже завтра он найдет тебя.
Точно. Как я не подумала. Браслет, который я не снимала с того момента, как он впервые лег на мое запястье. Открыв замок, я протянула тонкую нить цепочки в раскрытую ладонь Осирис. Сглотнув слюну, та сжала кулак.
— А теперь иди. Если что-то случится, я дам тебе знать. А до того момента, — Натали моргнула, — не появляйся в Эписе. Исчезни, будто тебя и не существовало вовсе, Валери.
Я кивнула, открывая дверь навсегда оставшегося для меня чужим дома.
Держа в руках фотографию со Дня Рождения Макса, я не могла сдержать улыбки. А ведь мастер оказался прав. Заляпанные, взъерошенные, мы были удивительно живые в саду. Похожие на себя прежних. На себя сейчас. Уткнувшись носом в подушку Крейна я с удовольствием втянула запах его волос. Что будет теперь? Пока я чувствовала себя достаточно хорошо, даже немного воодушевленно. Скорее хотелось рассказать все Эрику. Так не обычно.
Скрип входной двери привлек мое внимание.
Уже вернулись? Странно, так быстро. С момента их ухода прошло совсем немного времени. Или же я провалялась в спальне слишком долго? Противное чувство приподняло волоски где-то на шее. Так, это мне совсем не нравится. Все ощущения обострились. Каждый нерв сейчас был похож на зудящую нить, готовую кинуть сигнал тревоги в любой момент. Стараясь замедлить свое дыхание, я успокаивала биение сердца.
— Эрик? Валери? — голос Натали раздался из коридора, — Дети, вы дома?
В горле пересохло за секунду. Сердце ударилось о ребра, выбивая воздух из легких. Туман, зависший в голове, наконец начал рассеиваться. Липкий пот приклеил майку намертво к телу, будто на мне тут же вырасла вторая кожа.
Хотя сейчас очень хотелось скинуть старую.
Натали не было в доме.
Нет.
Ужас ледяной волной сковал все внутренности, парализуя.
Валери Крейн, успокойся немедленно. Если это то, о чем ты думаешь, то на панику у тебя есть только доли секунды. Сейчас действовать нужно очень быстро.
Потому что Натали в опасности.
— Да, я здесь! Только я не одета, подожди, пожалуйста в коридоре, — приготовившись бежать как можно быстрее и тише, я присела на корточки, — ты же не одна, да? У нас гости?
— О, милая, а как ты догадалась? Представляешь, я встретила Жанну по дороге. Бедняжке очень грустно одной, — голос Натали был веселым и спокойным.
Хорошо, значит оно еще не показало себя. Боится сопротивления, подготавливает момент. Ну сейчас я тебе его устрою, тварь.
— О, ну у меня тут некоторые трудности. Минут десять и я спущусь.
Прижавшись к полу, я рванула вперед, что было сил. Не думать о том, что сейчас Натали абсолютно беззащитна перед гибридом. Удары сердца. Считать только их. Все тело воина заработало, словно не было долгих восьми лет без войны. Нет. В Рабосе война живет вечно. Первый удар. Я пролетела лестничный пролет, зацепившись рукой за перила, разворачиваясь на месте. Второй удар. Проскочив вниз, рванула к самой двери. Он не почувствует моего приближения, так как у меня нет энергии. И наши потоки схожи. Он подумает, что это его собрат, затаившийся где-то в доме.
Лазутчик длинными когтями перебирал шелковые волосы Натали. Запах гниения бил в нос, заставляя желудок сжиматься. Грязные, словно серая паутина, волосы, облепили макушку существа. Осирис смеялась, глядя в черные мертвые глаза твари. Вот их опасность. Гипноз. Они вытаскивают образы из твоей головы и подсовывают тебе их. Ты можешь видеть, чувствовать, слышать. Они опасны абсолютно для любого, у кого есть мозги. Распознать их можно по следам, остающимися после присутствия, если ты некромант, конечно, и не занят смешиваниям потоков. Безмолвная, не сожри мою душу, прошу. Ведь насторожить должны были фразы, которыми они визуализируют ощущения, задействуя рецепторы в мозге.
Ты же чувствуешь, Валери.
За долю секунды до того, как я почти преодолел расстояние, тварь заметила меня. Нет. Лазутчик отвлекся от жертвы и иллюзия рассыпалась прахом. Черные потоки рванули в мою сторону, не в силах прикоснуться. Да, гибрид, чем бы ты ни был, Пограничный лес выстраивает правила для всех. Вот заодно и проверили теорию на практике. Краем глаза я заметила движение. Безмолвная, черт, нет!
— Натали, нет! — закричала я, но было поздно.
Осирис подхватила Книгу и мощный удар энергии направился в грудь твари. Лазутчик увернулся.
Теперь точно нет ни доли секунды. Схватив тварь за шею, я сделала единственное, что могла сделать быстро. Втянула в себя весь его поток. Черная слизь противно шла по телу, заставляя желудок плясать у горла. Но получилось быстро. Отбросив временно пустую оболочку в сторону, я подбежала к Натали.
— Считай вслух! — крикнула я Осирис, вырывая из ее рук Книгу, — Считай!
— Раз, — ссохшиеся от страха губы послушно разомкнулись.
Уже?
Уже секунда? Схватив Натали за руку, я вылетела за дверь, бегом устремляясь в глубь сада. Среди деревьев будет преимущество. Можно и спрятаться и ускользнуть.
— Четыре, — нет, нет, это слишком быстро, нужно какое-то укрытие.
Думай Валери!
— Семь, — закрыв рот Осирис рукой, я повалила женщину в розовый куст, откуда в моих воспоминаниях вылезал фотограф.
Достаточно хороший обзор, близко к выходу с территории и достаточно хорошо можно рассмотреть вход в дом. Черный поток все же сделал свое дело. Отвернувшись, я дала волю уставшему желудку, очищая его. Что за мерзость, Безмолвная? Толпа чудовищ влетела в открытую дверь дома, наполняя его. Так, сколько им потребуется времени, пока они поймут, что энергии нет? Не важно. Пара секунд есть передохнуть и подумать. Упав на спину, я уставилась на свои руки. Пальцы тряслись. Но поток послушно скользил по телу, готовый вырваться в любую секунду.