Не спеша подойдя к убитым козлам, девушка аккуратно вырезала использованные стрелы, тщательно оттерев их от крови и промыв водой из фляжки, после чего, достав острый, как бритва, нож, занялась разделкой добычи. Подошедший к напарнице Пушистик терпеливо улёгся рядом, ожидая заслуженной порции, и лишь частые удары хвоста по бокам застывшего в неподвижности зверя показывали его нетерпение.
На этот раз Дая решила набрать мяса побольше, про запас, тем более что двух туш для задуманного оказалось вполне достаточно. Наскоро отделив шкуры и отрезав все четыре задние ноги, девушка сложила окорока на одну из шкур и передала оставшиеся тушки жадно набросившемуся на них рурху. Почистив шкурку козлёнка от мездры, используя разделочный нож как скребок, Дая завернула в неё добычу и накрепко, крест-накрест, увязала её в тюк. Тем временем кот успел основательно распотрошить туши, вырвав и с жадностью проглотив самые лакомые куски мяса, и теперь смаковал остатки, с довольным урчанием обгладывая окровавленные кости и разгрызая молочные рёбрышки козлёнка, чтобы добраться до содержащейся внутри сладкой начинки. Иногда в разные стороны летели брызги крови и костного мозга – хищник не сдерживался в своих желаниях, – но девушка не обращала на это внимания. За время путешествия она уже привыкла к виду и запаху крови, и зрелище растерзанной жертвы её ни капли не смущало.
Насытившись, рурх довольно рыкнул и, бросив осоловелый взгляд на напарницу, лениво встал, не спеша подошёл к девушке и улёгся рядом с упакованным в козлиную шкуру мясом, предлагая возвращаться обратно. Дая, закинув тюк на спину Пушистика, легко запрыгнула сзади и, придерживая рукой поклажу, передала зверю ряд мыслеобразов. Рурх тяжело потрусил обратно – плотно набитое брюхо зверя не предполагало спешки, да и груз на спине оказался тяжелее обычного. Уезжая с оказавшегося крайне удачным места охоты, Дая по привычке всмотрелась в тонкую нить караванной тропы – подобное действие за последнее время вошло у неё в привычку. Но что-то в увиденном показалось ей странным, поэтому девушка всмотрелась внимательнее. Предчувствия её не обманули – далеко-далеко, практически на пределе видимости, по дороге в её сторону двигалась длинная цепь маленьких точек…
[1] Исторический факт. Каннибализмом страдали многие древние племена, и это считалось нормальным – человек другого племени как бы уже не считался человеком, переходя в разряд пищи. Людей ели в Америке, Африке, Новой Зеландии, то есть практически по всему миру. Кука, кстати, по слухам тоже съели…
Глава 7
Глава 7
Дав рурху команду задержаться, Дая напрягла зрение и попыталась рассмотреть замеченный караван внимательнее. Разумеется, на таком расстоянии сделать это было несколько проблематично, однако девушка насчитала как минимум три десятка похожих на вьючных лошадей ездовых животных. Возможно, их было значительно больше, однако дистанция до объекта наблюдения оказалась слишком велика даже для зоркого демонического взгляда. Прикинув расстояние до каравана – по прямой оно составляло километров шесть, – охотница высчитала примерное время, за которое, если не произойдёт ничего непредвиденного, два каравана встретятся. Получилось, что если спутники девушки станут, как всегда, продолжать движение до вечера, то два каравана сойдутся задолго до захода солнца. Встреча на узкой тропе двух незнакомых вооружённых отрядов чревата непредсказуемыми последствиями, и, следовательно, имеет смысл несколько подзадержаться, встав на ночёвку на пару часов раньше, после чего спокойно дождаться встречного каравана в максимально удобном для приёма гостей месте. За это время можно успеть подготовиться к приёму, исключив большинство опасных моментов встречи. И, следовательно, охотникам следует незамедлительно возвращаться, чтобы предупредить своих спутников.
Приняв такое решение, наездница дала рурху команду как можно быстрее выдвигаться обратно. Недовольно рыкнув, Пушистик развернулся и тяжело потрусил по камням, выбирая пусть не самую короткую, однако наиболее ровную и удобную дорогу – молодой кошак признавал за напарницей, которую давно уже подсознательно включил в свой прайд, право командовать. Природное чувство направления позволило хищнику отыскать удобный выход на тропу и, двигаясь по дороге ленивой трусцой, встретиться с караваном задолго до наступления вечерней темноты.