Охотник оказался слишком оптимистичен в оценке времени – увидев цель, скачущие по дороге всадники перешли с рыси на галоп.
- Нет проблем, - ответила охотнику демоница. – Ближних добью, задних – сниму с лошадей. Вот только стрел после этого у нас не останется. От слова «совсем».
- У тебя есть предложение? Решать надо быстро – скоро они доскачут до нас, и мы вступим в бой, – обратился к демонице Лисаэль, продолжая отслеживать приближение отряда. На замечание про недостаток стрел он не ответил – камень явно улетел в его огород, ведь именно мастер-мечник, как предводитель отряда, был просто обязан предусмотреть даже такое развитие событий. Однако, планируя добраться до конечной точки путешествия по-тихому, эльф никак не рассчитывал на столь масштабное боестолкновение. А для охоты и противодействия обычным разбойничьим бандам боеприпасов, по его мнению, имелось в достатке – вес взятой в дорогу поклажи просчитывался до крупицы, и лишние стрелы означали отказ от другого, не менее важного имущества.
- Ссаживаю трёх первых всадников, и отряд останавливается – трупы лошадей перегородят дорогу, - ответила, опытным взглядом профессионального снайпера рассматривая приближающиеся мишени, лучница. - Тогда с ними можно будет поговорить. Главное – не задеть случайно людей, иначе о возможности переговоров можно сразу забыть.
- Действуй, - приказал Лисаэль, плавным движением вынимая клинки из ножен.
Получив одобрение командира, Дая резким, отточенным до миллиметра движением послала выхваченную из тула стрелу в надвигающуюся конную лавину. Мгновение – и за первой стрелой отправилась вторая, а за ней – третья. Все три стрелы были выпущены за один вздох – словно одна. И тут же до слуха обороняющихся донеслось жалобное конское ржание, сопровождаемое видом упавших на дорогу и бьющихся в предсмертных конвульсиях лошадиных тел. Всадники, как и предполагала лучница, успели спрыгнуть с падающих скакунов и откатиться в сторону, отделавшись при падении если не лёгким испугом, то максимум незначительными травмами. Их товарищи, стоило только раздаться свисту первых стрел, сопровождаемому падением всадников, резко осадили своих скакунов, сгрудившись возле агонизирующих животных. Дорогу стала заволакивать поднятая копытами мелкая пыль, однако к значительному ухудшению видимости она не привела, к тому же пыльное облако стало потихоньку смещаться в сторону, подгоняемое лёгким, постоянно дующим со склонов окружающих гор ветерком.
- Стойте, где стоите, иначе мои люди станут стрелять на поражение! – крикнул, обращаясь к остановившимся всадникам, Лисаэль. – Пусть к нам подъедет командир и объяснит причину нападения.
- Это вы напали на наш отряд! Вы начали стрелять первыми! – раздался громкий возглас из толпы.
- Скачущий прямиком на караван вооружённый отряд, к тому же прибавивший в скорости при виде конечной цели преследования, однозначно трактуется как враждебно настроенный, - ровным спокойным голосом, однако достаточно громко, чтобы его смогли услышать все, пояснил мечник. - Увидев нас, вы должны были, как минимум, снизить скорость, перейдя с рыси на шаг. Вежливые путники в подобных случаях вообще останавливаются и направляют к незнакомому каравану переговорщика. Так что вопрос о том, кто на кого напал, считаю неуместным – лично для меня всё ясно. Итак, жду вашего командира для дачи пояснений. Жду недолго – через сто ударов сердца мои люди начнут стрелять, а их меткость вы уже успели оценить. Причём на этот раз стрелы полетят не в лошадей, а во всадников, и поверьте – броня вас не спасёт. Пятьдесят ударов, кстати, уже прошло…
Стоило отзвучать последним словам мастера-мечника, как от вражеского отряда отделилась одинокая фигура спешившегося всадника, одетая чуть более дорого и качественно, чем его товарищи. В общей массе всадников это не бросалось в глаза – по-видимому, командир отряда сам когда-то являлся рядовым воином, и, выбившись в начальство, решил как минимум внешне не дистанцироваться от своих соратников, – но вот так, вблизи, не заметить отличий было уже нельзя.
- Ваши условия? – спросил мужчина, подойдя к Лисаэлю на расстояние вытянутого копья.
- Вы рассказываете, зачем гнались за нами, после чего мы совместно решаем, как поступить. Мне, в отличие от моих спутников, хотелось бы избежать излишнего кровопролития.
Никто – ни стоящий перед Лисаэлем командир полусотни, ни сам мастер-мечник, перед началом переговоров не представился. Подобное поведение перед началом переговоров считалось дурным знаком – враги перед боем не представляются, но путники предпочли об этом не думать.