Шли относительно быстро, чему в немалой степени способствовали как постепенно избавляющаяся от оврагов, расщелин и выпирающих из каменистой почвы скал и валунов заросшая скудной невысокой травой земля, так и отсутствие на горизонте нормального леса – одинокие деревья или жиденькие, просвечивающие насквозь рощицы не являлись для каравана серьёзным препятствием. Завтрак и обед всухомятку сэкономили ещё десяток-другой минут, а нормальный горячий ужин под сенью уютного раскидистого дерева – эльф, как истинное дитя леса, отыскал к вечеру небольшую уютную рощицу, разросшуюся вокруг бившего из-под скалы родника, - лишь добавил путникам положительного настроения, изрядно попорченного проплывающими мимо угрюмыми пейзажами. Расщедрившийся следопыт, размякнув от обильной порции горячего наваристого кулеша, не отходя далеко от стоянки, нарубил запас дров в дорогу – немного, на пару-тройку хороших растопок, большего количества топлива вьючные лошади увезти просто не смогли.
Похожим на первый прошёл и второй день, и третий – люди упорно пробирались на юг. В середине третьего дня Лисаэль стал понемногу забирать к востоку, сокращая расстояние с Занаданом и одновременно приближаясь к пустыне. С каждым пройденным километром это становилось всё заметнее – уже ко второму дню путешествия редкие низкорослые деревья полностью исчезли, а покрывающая каменистую почву невысокая чахлая трава сменилась жёсткими сухими колючками – начинал сказываться недостаток влаги, делая всё более призрачными шансы путников достичь границ герцогства, двигаясь по северной кромке пустыни. Унылая засушливая степь способствовала быстроте передвижения, но никак не прибавляла хорошего настроения – в отличие от южных, занесённых песком территорий Шанары, здесь почему-то вообще не встречались оазисы с источниками пресной воды. Впрочем, предаваться унынию путникам было некогда – мастер-мечник и следопыт бдительно несли службу, охраняя караван, а принц вновь окунулся в нескончаемую череду тренировок. Демоница, словно предчувствуя будущие неприятности, резко взвинтила темп обучения, заставляя ученика выкладываться по-полной, и даже ещё немного сверху. Три базовых атакующих плетения Лиссиан изучил уже настолько хорошо, что мох применять их автоматически, не задумываясь. Но Дая усложнила задание, заставляя юношу не просто создавать плетение, но и напитывать его каплей энергии, особое внимание обращая на то, чтобы порции вливаемой в плетение силы были как можно более одинаковыми. Сначала это упражнение получалось у принца откровенно плохо, но со временем он втянулся, и напитывал руны настолько одинаковыми объёмами энергии, словно отвешивал их на виртуальных весах. Разумеется, всё это сказывалось на заполненности внутреннего резервуара – к вечеру он оказывался опустошённым примерно наполовину, несмотря на то, что на каждое заклинание расход энергии был минимален.
Девушка пояснила и смысл данного упражнения – со временем, набравшись опыта, принц научится вливать в плетение ровно столько энергии, сколько потребуется для достижения результата. Ни больше, ни меньше, а для этого ему необходимо развить интуитивный способ оценки доступной энергии и разработать собственную энергетическую шкалу – ведь природа не снабдила энергетический резерв человека встроенными измерительными приборами. Резерв нельзя было ни пощупать, ни увидеть, ни взвесить, ни измерить. Такие приборы требовалось создать, используя для этого интуицию – другого способа Дая не знала. Правда, девушка пояснила, что со временем, при постоянных тренировках, интуиция разовьётся до такой степени точности, что ей позавидуют иные придуманные людьми приборы. Пока же она считала, что доведение точности измерения доступного принцу резерва и его расхода до долей процента будет являться достаточным для практического применения показателем.