- Но ты же не веришь в эту мистику, Катор? Да и завалов из выбеленных солнцем скелетов я тоже пока не наблюдаю.
- Пытаюсь не верить. Разумом пытаюсь, но чувства говорят другое. И ты ещё не слышала ночного пения песков.
- Вот ночью и послушаю, - возразила напарнику девушка и, покончив с завтраком, ушла собираться.
Вскоре караван, покинув место ночной стоянки, продолжил свой путь на юго-восток по безжизненной, занесённой кочующими песками каменистой равнине. Путешествие проходило скучно – следопыт трясся в седле, прилагая титанические усилия, чтобы не уснуть и не вывалиться. Лисаэль бдительно нёс службу по охране каравана, хотя, по мнению демоницы, смысла в этом никакого не было – ровная, как блин, наполовину занесённая песком каменистая равнина проглядывалась на километры вдоль и поперёк, не говоря уже об исправно работавшем инфракрасном зрении девушки, также информировавшем свою обладательницу об отсутствии в округе даже намёка на наличие жизни. Сама Дая, в перерывах между обучением Лиссиана, продолжала периодически сканировать местность, страхуя мастера. А принц продолжал осваивать основы магического искусства.
Ближе к обеду путникам попался первый скелет – лишённый одежды, с костями, выбеленными солнцем и отшлифованными вездесущим песком, он скалился на проходящий караван пустыми глазницами застрявшего между двух камней черепа. Через некоторое время путники разминулись со вторым скелетом, а потом и с третьим.
- А вот и подтверждение правоты слов настоятеля, - высказал очевидную мысль Лиссиан, поёживаясь от пришедших в голову неприятных мыслей.
- Тем не менее, пустошь оказалась вовсе не такой опасной, как того можно было бы ожидать, исходя из слов храмовников, - возразил мастер-мечник. Да и шёпот песков нам пока не сильно докучает, а бессонницу несколько дней можно и потерпеть.
Тем не менее, произнеся призванные поддержать дух товарищей слова ободрения и поддержки, в глубине души Лисаэль вовсе не был настроен столь оптимистично. Мужчина понимал, что нарушить сон бывалого воина, участвовавшего во многих сражениях и видевшего немало крови и смертей, было крайне сложно. Практически невозможно. И если это всё же случилось, то проблема оказалась значительно более серьёзной. Возможно даже, ставящей крест на их дальнейшем путешествии. Однако возвращаться обратно, будучи в паре-тройке недель пути от цели путешествия, мастеру не хотелось, поэтому, скрепя сердце, он отложил решение проблемы на потом, решив посмотреть, как отряд перенесёт ещё одну-две ночёвки в столь негостеприимном месте. Возможно, тяжёлые думы о судьбе вверенных ему людей как-то подействовали на командира отряда, но место для очередной стоянки он выбрал ещё хуже, чем предыдущее – ни воды, ни растений, ни какой-никакой естественной преграды на пути вездесущего ветра. Лишь небольшие барханы со всех сторон. Впрочем, другие места были не лучше – вся пустошь, насколько хватало взора, представляла собой ровную, мрачную, занесённую песком каменистую равнину.
Перед самым закатом ветер ожидаемо стих, и путники вновь насладились красочной, завораживающей картиной скрывающегося в барханах солнца. Но, стоило только последним лучам дневного светила скрыться за горизонтом, впустив на небо ночную звёздную темень, как ветер поднялся вновь. Правда, задул он при этом в другом направлении, устремив свои потоки от далёких невидимых гор в сторону пустыни. И сразу же ночная мгла наполнилась призрачным шёпотом пришедшего в движение песка.
Неприхотливый ужин всухомятку при свете трёх лун прошёл в гнетущем молчании. Все путники вымотались и устали, а следопыт, к тому же, постоянно зевал, не в силах побороть подступающий сон.
- Все ложатся спать, - отдал приказ спутникам Лисаэль. – На дежурстве сегодня останусь я один.
- У меня есть предложение получше, командир, - возразила Дая. – Ночную вахту мы с тобой разделим на двоих. Первую половину буду дежурить я, вторую – ты.
- А уснуть после дежурства сможешь? – недоверчиво поинтересовался Лисаэль. – Катор, на что уж закалён в боях и походах, как видишь, уснуть так и не смог.
- При всём моём уважении к столь бывалому воину, - пояснила демоница, - у меня психика несколько более устойчива. В отличие от людей. И даже в отличие от эльфов…
Последнюю фразу девушка добавила, глядя на недоверчивое выражение лица мастера-мечника.