- И сейчас, под присмотром десятков людей, мы сами направляемся к тем, кто, возможно, отдал приказ на наше убийство? – переспросила девушка.
- О каком присмотре ты говоришь? – непонимающе поинтересовался Лисаэль.
- Да тут за каждым забором зрители! – пояснила Дая, для наглядности указав рукой на низкое плетёное заграждение, мимо которого они в это время проходили.
Небрежный и, в общем-то, безобидный жест девушки оказался тем самым спусковым крючком, что запустил вереницу последующих кровавых событий. Остававшийся невидимым в тени укрытия соглядатай, на которого девушка указала рукой, догадавшись, что каким-то образом обнаружен, тут же бросился прочь, мгновенно скрываясь в ночной тьме. Возможно, пользуясь только ему известными тропинками, этот соглядатай уже успел выскочить на другую улицу, так как буквально через несколько мгновений после его поспешного бегства из-за домов раздался громкий предупреждающий крик. И сразу же посёлок пришёл в движение. Захлопали невидимые двери, раздались встревоженные голоса, послышались короткие приказы…
Лисаэль, опираясь на свой богатый жизненный опыт, вполне обоснованно рассчитывал, что они без помех достигнут центра посёлка, где постараются уладить со старейшинами возникшее недоразумение. В конце концов, не они же напали на жителей оазиса, а совсем наоборот. К тому же напали на одарённого…
Безотказное чутьё на этот раз подвело бывалого эльфа – мастер ошибся…
Его ошибка стала понятной лишь после того, как из-за забора находящегося впереди, по ходу движения, дома в путников одна за другой стали вылетать тяжёлые боевые стрелы с гранёными стальными наконечниками. Первую стрелу, услышав щелчок тетивы, отбила выхваченным из-за спины клинком Дая, вторую – успевший обнажить оружие Лисаэль. Третью грудью встретил жалобно заржавший Черныш, четвёртая и пятая вновь были отброшены клинками мастера и демоницы, шестая вонзилась в бок следующей за Чернышом вьючной лошади…
- Черныш!!! – посёлок накрыл оглушительный вопль демоницы. Одним гигантским прыжком сократив разделявшее их расстояние, девушка, подскочила к жеребцу и, вбросив меч в ножны, схватилась за ушедшее глубоко в грудь коня древко стрелы. Отрезвило её лишь жалобное ржание захрипевшего от боли коня, да предостерегающий окрик эльфа. Увернувшись от очередной стрелы, которая опять досталась вороному жеребцу, девушка сдёрнула со спины лук и, почти не целясь, выпустила в ночную темноту десяток стрел, наполовину опустошив свой тул. Встречный поток оперённых снарядов тут же прекратился, что дало путникам небольшую передышку, использованную Лисаэлем для того, чтобы быстро принять решение и перегруппировать своих людей. Однако перед этим мастер спросил у демоницы:
- Дая, ты стреляла наугад или видела противника своим ночным зрением?
- Я видела, командир, - чётко ответила девушка. – И уничтожила всех людей в радиусе прямой видимости, используя в качестве ориентира их тепловые засветки.
- Сколько их было?
- Девять – в засаде, и трое – наблюдатели. Никто не ушёл.
- Я никого не видел! – обиженно встрял в разговор Лиссиан.
- Решение идти в оазис ночью было ошибкой, - признался мастер-мечник. – Я не предполагал, что с нами станут сражаться простые жители деревни, а в темноте наш единственный маг, как оказалось, бесполезен.
- То есть в нас стреляли не воины? – уточнила Дая.
- Всех воинов мы перебили до этого – они входили в состав напавшей на нас полной руки пустынников. Однако в оазисе каждый мальчишка знает, как обращаться с луком и с какой стороны хвататься за меч. Они не воины в понимании пустынников, но неплохие бойцы по нашим меркам.
- Надо помочь моему Чернышу, - взволнованно перебила эльфа Дая. – Он истекает кровью и может умереть.
- Сейчас мы ничем ему не поможем, - возразил мастер. Нам надо поскорее добраться до совета старейшин и решить возникшие между нами разногласия. Закрыть вопрос. В противном случае мы рискуем начать войну со всем посёлком, численность которого, по моим самым скромным подсчётам, многократно превышает уничтоженный нами отряд. У нас даже стрел столько не найдётся.