- К чему это ты клонишь? – подозрительно прищурился мастер.
- К тому, что не стоит заранее вешать голову, Лисс. Возможно, я просто слишком сильно нагнетаю обстановку.
- Возможно, - эльф, хотя и был реалистом, тоже хотел надеяться на лучшее.
- Но пару дополнительных тюков со стрелами я на своего верблюда на привале всё-таки переложу, - подвела итог разговора демоница…
***
К исходу второго перехода, когда солнце уже успело скрыться за горизонтом, но темнота ещё не полностью укрыла пустыню, даря путникам благословенную прохладу, проводник вывел караван к вожделенному колодцу. Сложенный из бутового камня и скреплённый известковым раствором круглый колодец, представлявший собой обычную вертикальную шахту с плескавшейся глубоко на дне водяной плёнкой, располагался в небольшой впадине между двумя барханами, закрывающими его с запада и востока таким образом, что, не зная точного расположения объекта, путнику можно было искать этот вожделенный источник влаги до скончания века, и так его и не найти. По совету проводника было принято единогласное решение разбивать лагерь неподалёку от колодца и устраивать полноценной отдых с ночёвкой – близость воды позволяла не только вдоволь напиться самим и напоить животных, но и организовать банно-прачечный день, обеспечив всем членам отряда, за исключением пустынника, полноценные водные процедуры. Нет, никто специально не лишал приданного отряду проводника законной возможности помыться – мужчина сам отказался от столь расточительной, по его мнению, траты драгоценной влаги, ограничившись омовением пригоршней извлечённой из колодца воды. Зато остальные члены отряда тратили воду без раздумий, нисколько её не экономя, под неодобрительными взглядами пустынника, всё же нашедшего в себе силы и благоразумие промолчать на тему столь безудержного потребления святого для любого местного жителя ресурса. Для единственной девушки в отряде мужчины даже соорудили небольшую баню, нагрев в поставленном на огонь котелке полведра воды и соорудив из натянутых на копья одеял некое подобие заграждения. Затем подоспел обильный, приготовленный на костре горячий кулеш, на который демоница, размякшая и подобревшая после помывки, расщедрилась доброй порцией обычно экономно расходуемых специй.
После ужина все, за исключением оставленного на дежурстве Катора, улеглись спать – даже в безлюдной, по заверениям Даи, пустыне мастер-мечник бдительности не терял. За полночь отдохнувший эльф сменил следопыта, чтобы уже ближе к утру передать вахту демонице – она, как и сам мастер, вполне довольствовалась несколькими часами сна, с лёгкостью перенося на ногах самую тяжёлую, «собачью» вахту. Принца, по известным причинам, к ночным дежурствам не привлекали – не то, чтобы совсем не доверяли, однако отдыхать, зная, что твой сон охраняет, по сути, вчерашний мальчишка, никто не хотел.
Очередной восход в пустыне, что стало уже входить у мастера-мечника в привычку, высветил перед тихо поднявшимся с ложа мужчиной устроившийся на вершине ближайшего бархана и обращённый лицом к востоку женский силуэт. Лисаэль и сам выбрал бы эту точку для охраны стоянки, если бы обладал таким же острым ночным зрением, как и демоница, которой для того, чтобы видеть и чувствовать себя, как днём, вполне хватало ущербного света всего одной проявившейся на небосклоне луны.
Девушка сидела спиной к лагерю и лицом к востоку, поджав под себя ноги и подстелив одеяло, как делала это уже не раз. Рукоятки скрещённых мечей, между которых притаился наполненный под завязку бронебойными стрелами тул, возвышались над хрупкими женскими плечами, словно кончики сложенных крыльев. Лук небрежно лежал у девушки на коленях, однако Лисаэль не обманывался кажущимся спокойствием и расслабленностью замершей в неподвижности фигуры – в любой момент лучница могла выхватить из-за плеча стрелу и, резким рывком натянув тетиву, послать оперённый снаряд точно в цель. Мастер уже видел подобные мгновенные переходы напарницы от каменной неподвижности к стремительной атаке и знал, что сейчас она вовсе не спит, а внимательно осматривает своим демоническим зрением окрестности, храня чуткий сон обитателей лагеря. И его тоже видит, даром что обращена не лицом, а спиной…