Больше в оазисы караван не заходил – проводник вёл верблюдов через пустыню практически по прямой, огибая лишь высокие барханы с крутыми осыпающимися песчаными склонами, которые легче было обойти, чем штурмовать в лоб. В конце первой недели путешествия Лисаэль, не выдержав, вызвал проводника на серьёзный разговор, задав ему прямой вопрос:
- Мы давно уже не заходили в оазисы. У нас заканчивается вода. Ты не сбился с пути?
- Воды у нас достаточно, - парировал пустынник. – Если вы не будете расходовать её столь неразумно, воды должно с запасом хватить до места, где мы сможем её набрать.
- И где же это место? – подозрительно переспросил Лисаэль.
- Это тайна моего народа. Вы узнаете обо всём в своё время.
- Мы постоянно забираем к югу. Почему бы тебе не повернуть на восток? Так дорога до Занадана окажется значительно короче.
- В пустыне прямые дороги – не всегда самые короткие. Вам, жителям мокрых земель, этого не понять. К тому же на восток дороги нет.
- Почему же нет? Вот же она! – и мужчина указал рукой в требуемом направлении.
- Туда идти нельзя. Там враг, – коротко возразил проводник.
- А там, куда мы идём, врагов, значит, нет?
- Этой дорогой ходил мой отец, - невозмутимо ответил пустынник. – И отец моего отца. И дед моего отца. И прадед. Она безопасна, насколько только могут быть безопасны дороги этого мира.
- То есть ты гарантируешь, что с караваном ничего не случится?
- Всё в руках Создателя. Проси гарантий у него. Я же простой проводник, и моя задача – не дать каравану погибнуть в песках от жажды. Пока со своей задачей я неплохо справляюсь. Или у тебя есть ко мне претензии, командир? – и проводник с вызовом посмотрел на Лисаэля.
- Нет. Пока – нет, - не смутившись явственно прозвучавшей в словах аборигена угрозой, ответил мастер-мечник. – Ты мне лучше скажи – когда следующий оазис? Я считаю, что запасы воды у нас недостаточны. Их необходимо пополнить. И сколько моим людям нужно воды – определяю я, а не ты. Я – командир отряда, а ты лишь проводник.
- Следующий оазис будет через три перехода, командир, - пустынник особо выделил последнее слово, наполнив его изрядной долей сарказма. – И это последнее, что я тебе сказал. Дальше или следуй моим указаниям, или веди караван сам. Туда, куда считаешь нужным.
***
Через три перехода проводник действительно привёл караван к большому оазису – намного большему, чем любой из затерявшихся в песках пустыни зелёных островков, с которыми путники встречались до этого. День ещё не закончился, и устремившееся к горизонту солнце висело ещё достаточно высоко для того, чтобы незабываемое зрелище, открывшееся взобравшимся на очередной бархан путникам, заставило их ненадолго остановиться в восхищении, обозревая окрестности. Заросли пальм, кипарисов и других тропических деревьев раскинулись, казалось, от горизонта до горизонта – затянутая густыми ярко-зелёными кронами местность простиралась как минимум на несколько километров вправо и влево. На недоумённый вопрос Лисаэля проводник удовлетворённо ответил:
- Это сердце Шанары – город в песках. Приют последнего выжившего древнего мага. Так, по крайней мере, повествуют наши легенды.
- И много народа здесь живёт?
- Достаточно для того, чтобы отразить нападение любого враждебного отряда. За несколько последних веков город так и не был завоёван.
- У этого города есть название?
- Нет. Просто Город. Известно лишь, что раньше, ещё до катаклизма, на этом месте располагался большой постоялый двор.
- То есть где-то здесь была дорога?
- В древней Шанаре было проложено много дорог. Это место как раз расположено на одной из них, соединяющей когда-то города Гану и Борк. Бывшие города, руины которых и сегодня можно отыскать в песках.
- И далеко отсюда до этих руин?
- Город расположен примерно на полпути между ними.