Второй переход по своей продолжительности даже превышал первый – отправившись в дорогу с рассветом, путники не останавливались до самой темноты. Да и остановка была тоже чисто символической – лишь для того, чтобы наскоро распаковать баул с продовольствием и, вновь наполнив фляги, набрать с собой продуктов для непритязательного ужина всухомятку, прямо в седле. Ещё несколько часов Лисаэль, прислушиваясь к советам пустынника, вёл караван при свете сменяющих друг друга лун, одна из которых только что народилась, а другая, повиснув над горизонтом с восточной стороны небосклона, близилась к своему полнолунию и грозилась заливать своим призрачным светом пустыню всю ночь.
Когда до рассвета оставалось всего несколько часов и путники, да и верблюды, совсем выбились из сил, Лисаэль решился сделать привал, посчитав, что караван оторвался достаточно от возможной погони. Оставив на дежурстве демоницу, вновь продремавшую весь дневной перегон, мастер-мечник разрешил отряду отдыхать. Путники молча повалились на холодный, влажный от росы песок, успев лишь скинуть на него одеяла, до того момента наброшенные на спины и предохранявшие их от ночного холода.
Третьи сутки непрерывной гонки ознаменовались тем, что Лисаэль, вняв советам демоницы, всё же развернул караван на юго-запад. На день позже, чем рекомендовала девушка, однако риск оказался оправданным – за весь прошедший день путникам так никто и не встретился. И тогда же отряд расстался с проводником – пустынник сообщил мастеру-мечнику, что ничем больше не может помочь, так как местность, по которой двигался караван, была ему незнакома. Абориген развернул своих верблюдов на север, а караван продолжил гонку.
Никто не помешал путникам двигаться в выбранном направлении и последующие пару дней – возглавляемому эльфом отряду, вопреки опасениям остальных участников похода, всё же удалось оторваться от погони, затерявшись в бескрайних шанарских песках. А на третий день, незадолго до полудня, отряд вышел к караванному тракту…
Наезженную дорогу, по которой в обе стороны постоянно курсировали караваны с товаром, сложно было не узнать – она выделялась в пустыне, словно протекающая по полю река. Весьма узкая, на пристальный взгляд демоницы, река – её ширины едва хватало для того, чтобы разъехаться, притираясь боками, двум встречным караванам, зато целиком и полностью состоящая из невысокой щебёночной насыпи с пологими скатами, выложенной поверху плоским тёсаным плитняком из бутового камня. Местами почти полностью заметённая песком, дорога всё равно отчётливо прослеживалась среди простирающихся до самого горизонта барханов – за ней явно хорошо следили, периодически ремонтировали разрушающееся от ветра и песка покрытие и убирали слишком большие песчаные перемёты. Впрочем, насчёт последнего демоница не была уверена – возможно, регулярную уборку поверхности дороги от наметаемого ветром мусора производил сам же ветер, чему, без сомнения, способствовала продуманная форма насыпи.
- Узнаю эти места, - с довольным видом сказал спешившимся спутникам Лисаэль, оглядевшись по сторонам и поковыряв носком сапога достаточно свежий ком лошадиного навоза. – Мы вышли примерно в середине песчаной косы, узким языком выходящей из шанарской пустыни и пересекающей караванный тракт с севера на юг. Если пройти по тракту на восток или запад, примерно через неделю неспешного пути в любом из направлений мы достигнем богатых водой мест. Точнее, богатых на колодцы – с водой у каравана там проблем не будет. Оттуда, кстати, и до берегов срединного моря недалеко. Но на восток мы не пойдём – этот путь теперь для нас закрыт
- Остались три направления – юго-восток, юг и юго-запад, - продолжил мысль эльфа Катор.
- Западное направление, как я понимаю, в предварительных планах не рассматривается, - прокомментировала слова мужчин демоница.