После чего, скинув с одного из верблюдов нужный тюк, мастер-мечник быстро распотрошил его, достав несколько кустарно сделанных из обрывков пропитанного маслом тряпья факелов.
Получив один экземпляр осветительного устройства, девушка, оставив своих верблюдов товарищам, зажала в одной руке кинжал, а в другой – незажжённый факел и осторожно вошла в тёмный провал арки, скрывшись от тревожно-ждущих взоров товарищей. Однако не прошло и нескольких минут, как дверной проём осветился слабыми, едва заметными багровыми сполохами разожжённого в глубине развалин огня – Дая всё-таки зажгла факел, посчитав, видимо, что окружающая обстановка вполне безопасна.
- Заводите животных внутрь, здесь никого нет! – раздался негромкий голос девушки, и мастер-мечник, отдав спутникам команду, осторожно ступил под своды полуразрушенного строения, ведя в поводу несильно упирающихся верблюдов – животные не слишком желали променять свежий воздух летней ночи на вековую пыль заброшенного каменного мешка. Распотрошённый тюк мужчина к тому времени уже успел вновь собрать и нагрузить на недовольного верблюда.
Помещение, в которое завёл товарищей мастер-мечник, когда-то, вероятно, играло роль прихожей, или приёмной, в каком-то явно административном здании – это следовало и из планировки почти квадратной комнаты, и из площади – здесь без особой тесноты могло разместиться до сотни ожидающих приёма посетителей. В противоположной стене помещения было вырублено три прохода, в одном из которых – том, что справа, демоница укрепила зажжённый факел, благо, что для него в стене кем-то было заботливо вбито кованое железное кольцо-держатель.
- Почему именно правый проход? – задал девушке логичный вопрос мастер-мечник, получив краткий, но от этого не менее ёмкий ответ:
- Это проход в подвал. Поток энергии идёт именно оттуда.
- Спускаемся? – решил посоветоваться с товарищами Лисаэль, и, получив подтверждение, зажёг от огня второй факел.
При свете двух источников открытого огня мужчины быстро избавили животных от поклажи, уложив их отдыхать здесь же, на холодном каменном полу, а сами, ведомые демоницей, ступили на истёртые веками и подошвами тысяч спускающихся вниз людей ступени, с каждым шагом спускаясь всё ниже и ниже под землю.
Подвал, на удивление исследователей руин, весьма неплохо сохранился – практически ничего не напоминало в нём о разрушительном воздействии прошедших со времени строительства веков. Лёгкая прохлада и сопутствующая ей незначительная сырость никак не могли повредить хорошо подогнанным каменным блокам, из которых были выложены стены и свод подземного этажа, состоящего, как и верхняя часть здания, из множества помещений. Лестница вывела путников к началу длинного, широкого коридора, противоположный конец которого утопал в темноте. Сводчатый потолок коридора заканчивался высоко над головами людей, до него едва добивал дрожащий свет факелов. В стенах, по обеим сторонам, насколько позволял взгляд, виднелись деревянные двери.
- Длина коридора примерно пятьдесят шагов, - оповестила товарищей Дая, которой, в отличие от остальных членов отряда, света факелов вполне хватало для того, чтобы целиком обозреть место, в которое они попали. – По правой и левой сторонам коридора имеется примерно по десятку деревянных, закрытых на висячие замки дверей. Коридор заканчивается ещё одной дверью, в настоящее время распахнутой. За дверью располагается какое-то возвышение – по-видимому, стол, на котором что-то лежит. Именно из этого помещения и идёт поток энергии, о котором я говорила. Больше ничего сказать не могу – света недостаточно.
- Насколько опасна исходящая оттуда энергия? – поинтересовался Лисаэль.
- Абсолютно безопасна, - ответила девушка. – Мощность излучения настолько невелика, что уловить его на расстоянии в несколько сотен шагов способны лишь чувствительные приборы. И я, разумеется.
- Я иду первым, все остальные – за мной, - принял решение мастер-мечник. – Лиссиан активирует щит и идёт след в след за Катором, из-за его спины не высовывается. Дая движется самой последней, прикрывает Лиссиана.
- Но, командир… - попыталась возмутиться подобной несправедливостью демоница, но мужчина жёстко пресёк её недовольство, пояснив:
- Это моё решение, и обсуждать его я не намерен.