Встреча оказалась неожиданной для обеих сторон – шанарцы расположились в закрытом с трёх сторон укромном распадке между холмов, и, вероятно, понадеявшись на безлюдность территории и удалённость от бдительного ока отцов-командиров, устроили себе незапланированный отдых, совмещённый с импровизированным пикником. Появившемуся из-за кромки пологого взгорка Лисаэлю открылась завораживающая своей непосредственностью картина неуставного отдыха личного состава – часть дозорных, развалившись на брошенных прямо на землю подстилках, банально спала, а часть занималась и вовсе непотребным делом – устроив из походных баулов импровизированный стол, азартно резалась в кости. Там же, на столе, в окружении нескольких полупустых стеклянных бутылок и походных жестяных кружек, виднелись остатки обильной трапезы. Неподалеку от стоянки, на лужайке с чахлой травой, мирно пасся небольшой табун стреноженных и освобождённых от поклажи верблюдов. Сама поклажа, за исключением пошедшей на сооружение стола, была свалена в высокую неопрятную кучу там же, на лужайке, а некоторые баулы даже оказались распотрошёнными – вероятнее всего, именно в них хранилась пошедшая на стол шанарцев провизия и выпивка. Однако к чести отдыхающих следовало сказать, что при виде незнакомцев сориентировались они поразительно быстро, моментально побросав кости и схватившись за клинки. Видимо, количество выпитого оказалось явно недостаточным для того, чтобы опьянеть и потерять бдительность.
- К бою! – практически одновременно прозвучали команды Лисаэля и командира шанарцев, после чего в ощетинившихся сталью врагов понеслись, басовито гудя, оперённые подарки от подхватившей лук воительницы.
Стрелять из седла, будучи зажатой со всех сторон верблюжьими горбами, не слишком-то удобно, но ни на скорости стрельбы, ни на убийственной точности это обстоятельство практически не сказалось – Дая лишь развернула оружие горизонтально, чтобы высокая лука седла не мешала поражать заполошно заметавшиеся по лагерю юркие цели.
- Один, два, три… Девять! – вслух считала демоница, стремительно выхватывая из тула стрелы, пока мишени не закончились. Впустую не пропала ни одна стрела – все нашли свою цель.
- Добей подранков! – отдал приказ Катору мастер-мечник, пристальным взором обозревая устроенное демоницей побоище. Лучница грамотно отстрелялась по шанарцам – била наверняка, красоте выстрела предпочитая эффективность. Возможно, поэтому только один шанарец оказался убитым выстрелом в шею, остальные же получили несовместимые с жизнью ранения в грудь или живот, будучи пронзёнными насквозь тяжёлыми бронебойными стрелами – от калёных стальных наконечников не спасли даже прикрывавшие тела солдат стальные пластинчатые латы.
Следопыт ударом клинка по горлу избавил от мучений предсмертной агонии нескольких тяжело раненых шанарцев, не пропустив и тех, кто уже не подавал признаков жизни, после чего доложил Лисаэлю:
- Живых не осталось, командир!
- Девять стрел, девять… - бормотала тем временем лучница, не покидая седла. Девушку что-то смущало, но она никак не могла понять, что. И тут до неё дошло:
- Командир! – тревожным голосом крикнула Дая. – Их только девять!
- Катор! Ищи десятого! – отдал приказ следопыту догадавшийся о том, что хотела сказать демоница, мастер-мечник. За недолгое время знакомства с шанарцами мужчина успел усвоить, что численность стандартного шанарского отряда, как правило, оказывалась кратна десяти.
- Больше никого нет! – доложил Катор, быстро осмотрев лагерь. Впрочем, и без доклада это было очевидно – спрятаться на маленьком пятачке утоптанной земли, покрытой чахлой, ничего не скрывающей низкорослой травой, было практически невозможно.
- Ищи следы! Он не мог уйти далеко! – добавил Лисаэль, однако новый приказ, к сожалению для путников, несколько запоздал…
Со стороны сгрудившихся на лужайке и равнодушно наблюдавших за разворачивающейся бойней верблюдов неожиданно послышалось недовольное всхрапывание, и одно из животных, возмущённо тряхнув длинной шеей, сорвалось на бег, стремительно удаляясь от разгромленного лагеря. На его спине, пригнувшись к горбу, затерялась одетая в военную форму цвета песчаного камуфляжа фигурка. И сразу же возле оставшихся верблюдов раздались громкие, похожие на взрывы хлопки, заставившие животных громко и жалобно зареветь, поджимая к туловищу одну из ног, а некоторых – даже повалиться на землю, забившись на ней в приступах нестерпимой боли.