Эту простую истину понимала и Дая, вихрем промчавшись мимо сваленных в кучу прямо на землю пучков запасных стрел и бросив на неё ставший бесполезным лук – времени на то, чтобы подобрать боеприпасы, уже не оставалось. Пробегая мимо аккуратно уложенной на песок перед началом боя глефы, девушка на ходу носком сапога подцепила массивное древко и прямо в полёте перехватила оружие, через мгновение, проскочив мимо виртуозно размахивающего клинками Лисаэля, влетев в самую гущу солдат противника. Ещё мгновение понадобилось демонице, чтобы раскрутить привычно улёгшийся в ладонях снаряд до умопомрачительной скорости, окутавшись, как и мастер-мечник, непробиваемой для вражеских стрел и клинков защитой. То ли замешательство шанарских солдат, то ли тонкий психологический расчёт воительницы позволили ей остаться в эти несколько мгновений невредимой, а дальше уже остановить набравшую скорость совершенную машину смерти не представлялось возможным – демоница, словно фреза, стала выкашивать первый ряд шанарских солдат, абсолютно ничего не способных ей противопоставить. Даже пожилой эльф вынужденно крякнул от удивления – девушка если и уступала ему в мастерстве владения холодным оружием, то ненамного, а увеличенная относительно мечей длина глефы так и вовсе по убойной силе ставила её владелицу на первое место. Но и это ещё не всё – демоница вовсю пользовалась преимуществами своего нечеловеческого тела, нанося смертельные удары не только сталью, но и собственными конечностями. Длинные стройные ноги девушки, затянутые в высокие, до колен, походные сапоги со стальными набойками, наносили жестокие, калечащие удары по икрам и коленям противника, а гибкий кожистый хвост, пробившийся сквозь разошедшийся в штанах на самом интересном месте шов, щёлкал бритвенно-острым костяным наконечником, мотаясь, как хлыст, из стороны в сторону и с филигранно-убийственной точностью выбивая глаза, вспарывая кадыки и подрезая сухожилия шанарских солдат. Но больше всего бойцов испугали глаза воительницы – их, полностью скрыв белок, затопила потусторонняя клубящаяся тьма, придав совершенной красоте юного лица угрожающие черты. В довершение образа с головы девушки слетела и без того держащаяся на честном слове бандана, обнажив аккуратные изогнутые рожки, задорно пробивающиеся сквозь разметавшиеся по ветру длинные, густые багровые волосы, кровавым ореолом окружившие кружащуюся в смертельном танце изящную женскую фигурку.
- Демон! Демон!! – раздались испуганные крики солдат, и их сопротивление, и без того постепенно слабеющее под гнётом превысивших все разумные пределы потерь, тут же прекратилось, сменившись поспешным, даже излишне поспешным отступлением. Сумятицу в отход шанарцев добавили и разнёсшиеся над головами солдат приказы командиров – по-видимому, они, уже осведомлённые о гибели отрядных магов, раньше рядовых бойцов догадались, что прямая, как полёт стрелы, атака в лоб провалилась, и отдали приказ на отход, чуть было не превратившийся в паническое бегство. Однако напоследок врагу всё же удалось изрядно подгадить защитникам – сбегая вниз по склону, лучники второй линии, не успевшие сменить луки на мечи, дали прощальный залп по сгрудившимся на вершине холма и испуганно жавшимся друг к другу животным. Навесной обстрел не отличался особой эффективностью, но её отсутствие компенсировало количество выпущенных в небо снарядов – не менее трети из более чем полусотни стрел всё же нашли свою цель. Простить эту подлую выходку демоница не могла – оглянувшись через спину и убедившись, что отряд фактически лишился транспорта, она, бросив преследование убегающих шанарцев, развернулась и быстро, насколько позволяла осыпающаяся песчаная почва холма, добралась до брошенного лука. Поменяв глефу на лук и закинув в тул очередную связку стрел, девушка принялась с максимально возможной быстротой посылать их вниз по склону, выбирая самые лёгкие мишени и не слишком заботясь о точности прицеливания. Именно высокая скорость позволила лучнице расстрелять ещё одну связку стрел, прежде чему спины солдат удалились настолько, что промахов стало значительно больше, чем попаданий.