- Не переживай – эти границы находятся достаточно далеко, чтобы после того, что ты мне рассказала, начинать волноваться за психическое здоровье моей дочери. Просто поверь материнскому опыту – Даяна весьма стрессоустойчивый ребёнок, и такой мелочью, как пара сотен трупов различной степени расчленённости, её не испугать. Ты лучше скажи – почему её барьер до сих пор не распался?
- Какая-то странная аномалия – впервые наблюдаю подобное. Или в нашей семье появилась новая генетическая линия, или разговор пока следует вести о единичной мутации, однако наблюдаемый случай действительно уникальный. Барьер твоей дочери оказался не только крайне прочным, но и невероятно, я бы даже сказала – аномально эластичным. При повышении нагрузки он не рвётся, как в нашем случае, а растягивается, словно резиновый. Разумеется, процесс растягивания сопровождается истончением самого барьера, что ослабляет его и рано или поздно приведёт к разрыву. Ну и побочные эффекты в виде спонтанного истечения незначительного количества энергии из запертого ядра при этом наблюдаются – куда же без них? Ведь первоначальная целостность барьера, по большому счёту, уже нарушена…
- Кстати, не задумывалась, откуда появилась такая странная аномалия?
- Странная, говоришь? А не напомнишь, кто в нашей семье метаморф? Не ты ли? Так стоит ли удивляться, что твоя дочь унаследовала генетические особенности собственной матери.
- Ты полагаешь, что всему виной мой метаморфизм?
- А что же ещё? Метаморфизм, в первую очередь, подразумевает повышенную пластичность тела метаморфа. Вероятно, помимо физического тела генетические изменения затронули и энергетическую оболочку твоей дочери – её барьер получил способность растягиваться, приспосабливаясь к изменениям давления на него.
- Боюсь, что эта особенность может повлиять на скорость его разрушения. Даяна расстроится…
- Скорее всего, первоначальные прогнозы по предположительной дате инициации Яны придётся, видимо, скорректировать в сторону более позднего периода. Барьер твоей дочери всё равно когда-нибудь полностью разрушится, а вот его устойчивость к ударным нагрузкам при резких всплесках психической активности меня неприятно поразила. Наработанные нами методики по его разрушению явно в этом случае теряют в эффективности. Придётся придумывать что-то новенькое.
- Действительно, неприятная новость, но пока не вижу ничего катастрофического. Девочке просто следует немного подождать.
- По-видимому, она не собирается ждать, и перешла к более решительным действиям.
- Пусть переходит – молодости свойственно нетерпение. Главное – чтобы себе при этом не навредила. Кстати, как там успехи на её любовном фронте? Этот эльф, как я понимаю, всё ещё жив? Тогда почему он не погиб вместо своего друга, хотя возможности для этого, как я поняла из твоего рассказа, у него были?
- Просчитав все возможные последствия, я всё-таки не решилась на прямое вмешательство в линии вероятности. Да, шанс погибнуть в прошедшем сражении у этого человека действительно был, но крайне незначительный – всего несколько процентов. Увеличивать этот шанс на несколько порядков – гарантированно оставить след в ткани мироздания. След, по которому корректировщика можно отследить даже спустя годы после того, как линии вероятности были изменены.
- Да какой там след? Этот Лисаэль и без всякого постороннего вмешательства заработал при отражении атаки несколько ран, любая из которых, при соответствующей корректировке, могла бы стать смертельной.
- Раны? Ха! Всего пара незначительных царапин, не более, да и те, как я поняла, он допустил осознанно – налицо принцип выбора меньшего зла. Пропустить один слабый удар, чтобы отразить другой, сильный… Не забывай, что его задачей являлась защита Даяны, и мужчина реализовал её с филигранно рассчитанной функциональностью – ни одного лишнего движения, максимальная эффективность. Этот человек необычайно опытен для своего возраста. Поверь – если бы я всё же изменила траекторию полёта стрелы, эльф, скорее всего, всё равно сумел бы от неё защититься, а я бы подставилась.
- Ты так боишься изменять сущее своего мира?
- Только не в случае с собственной племянницей! Рано или поздно она повзрослеет, и кто даст гарантию, что девочка не захочет узнать причину гибели своего возможного избранника? Оно мне нужно? Пусть лучше всё идёт своим ходом – эта битва у Лисаэля не первая, и, как я полагаю, далеко не последняя. Рано или поздно человек допустит ошибку, и принцип реализации события при критическом накоплении вероятностей приведёт нас к требуемому результату и без нашего вмешательства. Заодно и совесть твоя перед дочерью останется чиста. Мы, кстати, этот момент уже обсуждали.