- Ты хочешь сказать, что если в плетении подробно описать внешность вызываемого демона, то он окажется в портальном круге вне зависимости от того, где находится?
- Совершенно верно! Не обязательно знать координаты объекта, если нам известен сам объект - плетение сработает как пространственный локатор и самостоятельно отыщет то, что нам нужно. Или того, кто нам нужен. Хватило бы энергии... Сразу скажу – как оно работает, я не знаю. Конструкт слишком сложный, чтобы я смог самостоятельно его расшифровать. Возможно, на расшифровку мне не хватит и всей жизни. Мне повезло, что в своё время я натолкнулся на уже готовое заклинание.
- Ты имеешь в виду тот самый дневник демонопоклонника?
- Точнее, жреца Метаморфозы. Вероятно, казнённый маг хорошо владел данным вопросом, так как в манускрипте подробно изложен принцип построения портала для призыва богини смерти. Мы воспользуемся записями жреца, но, не желая вновь призывать в наш мир этот воплощённый ужас, немного изменим ритуал, тщательно описав именно ту сущность, которая нам нужна. Таким образом мы исключим ошибку.
- Но, по слухам, Метаморфоза могла принимать любой облик…
- Возможно, но у кровавой богини никогда не было ни рогов, ни хвоста – полагаю, что эта особенность является исключительным признаком низших демонов. Так как призываемая нами сущность по умолчанию будет обладать и тем, и другим, то повторно вызвать в наш мир богиню смерти мы теоретически не должны…
- Не вызовем или не должны?
- Хмм… Вероятность ошибки существует всегда. Ты, Ульг, самоучка и не прослушал полного курса магического конструирования, как я, поэтому не знаешь, что для любого опыта, будь он новый или тысячекратно проверенный, абсолютной гарантии требуемого результата просто не существует. Всегда есть отличная от нуля вероятность внедрения в плетение помех-паразитов, способных исказить конструкт или вообще сделать его неработоспособным. В повседневной жизни, когда энергетические возмущения нашего мира не превышают статистической погрешности, подобной вероятностью мы обычно пренебрегаем.
- И какова подобная вероятность в нашем случае? Ведь запасённая в артефактах энергия, насколько я узнал, крайне велика.
- Менее одной десятимиллионной, Ульг, так что не стоит беспокоиться. Магические шумы и исходящие от артефактов флуктуации пусть и достаточно велики, однако не способны кардинальным образом исказить сплетённый мною конструкт. Однако даже в этом случае я принял несколько дополнительных мер защиты. Так, если заклинание начнёт действовать не так, как планировалось, оно тут же будет развеяно, а сам конструкт вместе с нарисованными рунами – уничтожен. К тому же круг призыва я дополнительно усилил несколькими магическими барьерами, задействовав для этой цели половину всех имеющихся артефактов.
- У тебя же, насколько я знаю, сохранилось целых двенадцать осколков алтаря богини!
- Вот поэтому для призыва я использовал всего лишь гексаграмму, истратив на защиту целых шесть камней.
- Полагаешь, шести лучей конструкта хватит?
- Должно хватить. Если в мире демонов больше шести измерений, то вероятность контроля подобной сущности видится мне весьма иллюзорной – демон сможет легко уничтожить наложенные на него оковы.
- Для того, чтобы оперировать множеством измерений, вовсе не обязательно в них жить.
- Однако оперировать тем, к чему привык, несравнимо легче! Предлагаю не плодить сущностей сверх положенного и предположить, что мир демонов не слишком сильно отличается от нашего. Кстати, подобное предположение я нашёл и в дневнике культиста…
Тем временем путники подошли к цели своего путешествия, остановившись перед массивной, окованной проржавевшими стальными полосами дверью. Потянув створку на себя, мужчины дождались, пока она распахнётся, и преграда с душераздирающим скрипом исчезнет, после чего синхронно шагнули в низкий широкий проём.
За дверью оказалось обширное, ярко освещённое многочисленными магическими светильниками квадратное помещение не менее двадцати шагов в поперечнике. На полу комнаты, от стены до стены, раскинулась гигантская гексаграмма, покрывшая мелкой ажурной вязью полированные гранитные плиты. На камне, выведенные бурой, похожей на кровь краской, теснились тысячи мелких рисунков, обозначавших руны. Маг, назвавшийся Ульгом, почтительно оглядел рисунок и, аккуратно закрыв за спиной дверь, накинул на неё массивный железный засов, после чего спросил своего коллегу: