- Откуда ты всё это знаешь? – удивился принц.
- Из первоисточника, - туманно ответила демоница.
- Понятно, - догадливо протянул Лиссиан. – Ты же у нас демон…
- Ну, если мы уже закончили с разговорами на отвлечённые темы, предлагаю продолжить наше занятие, - сухо прервала юношу Дая, пресекая дальнейшие рассуждения о её демонической природе. – Руны можно рисовать магией прямо в воздухе, а можно – на бумаге.
- Это одно и то же? – переспросил принц.
- Разумеется, нет. На бумаге получается двухмерное изображение руны, в то время как большинство рун имеет свой объёмный, или трёхмерный, аналог. Многомерные руны более устойчивы, энергоёмки и функциональны, но для начального изучения рун достаточно освоить их двухмерное начертание. Начнём с азбуки магии – рун первого порядка. Вот так пишется руна «Эрх», - и демоница, достав из сёдельной сумки карандаш и несколько листков писчей бумаги, уверенными движениями набросала простой рисунок.
- И что она означает? – спросил Лиссиан, взяв в руки листок и сосредоточенно рассматривая нарисованный символ.
- Одна из простейших рун первого порядка, символизирующая энергию. Без этой руны не обходится большинство плетений – она является основой для создания энергетического каркаса заклинания. Разумеется, если твоё рунное слово не ограничится связкой нескольких простейших рун, для которых вполне достаточно последовательной активации. Твоя задача на сегодня – освоить безупречное написание руны Эрх. Бумага и карандаш у тебя есть, в качестве столешницы можешь использовать что угодно - луку седла, ножны меча... Да хоть собственную ладонь! Рисуя руну, мысленно повторяй в голове её начертание. К вечеру ты должен, не задумываясь, нарисовать эту руну на любом предмете, даже если тебе завяжут глаза. Ни один штрих, ни один завиток вязи ни на йоту не должен отличаться от оригинала.
- Хорошо, выучу, - согласился принц. – Быть может, ты нарисуешь мне ещё несколько рун?
- Выучи хотя бы эту, - хмыкнула демоница, и ударом пяток отправила свою лошадь вперёд.
Глава 6
Глава 6
На ночную стоянку путники остановились на небольшой полянке почти на обочине дороги, когда в сгущающихся сумерках уже почти ничего нельзя было разобрать. Если бы не пара бурдюков с водой, предусмотрительно наполненных из родника на пустой стоянке, мимо которой караван проехал сразу же после обеда, задержавшись буквально на несколько минут – усталые от продолжительного перехода и пропахшие потом лошади страдали бы от жажды.
Вода из бурдюков ушла четвероногому транспорту. Не вся – немного пришлось взять для того, чтобы обтереть от пота влажной тряпкой бока и спины уже немного отдохнувших и остывших скакунов. Зато зерна в торбы Катор отсыпал вволю – экономить трофейный фураж не имело смысла. На долю пассажиров досталась вода из фляжек и сдобренное сыром вяленое мясо. Вместо чая – та же вода с размоченными в ней сухарями, которые усталые путешественники ели вприкуску, макая прямо в кружки с водой. Уже в темноте, не разжигая костра, люди и демоница улеглись спать прямо на земле, рядом со стреноженными лошадьми, завернувшись в одеяла.
Ранняя побудка никому не добавила настроения. Хмурые, не выспавшиеся – сон на голой земле не отличался особой крепостью, – люди наскоро умылись, позавтракали, покормили лошадей и, едва только туманными клочками рассеялась вязкая, как дым, утренняя хмарь, а в рассветных сумерках завиднелась обочина знакомой дороги, тронулись в путь, стараясь за световой день как можно больше удалиться от развалин неизвестного замка, где им удалось знатно поживиться.
Постепенно приближающая путников к горам дорога, как и все последние дни до этого, оставалась пустой и унылой – необжитые человеком места выглядели угрюмо и дико, а являющаяся единственным в обозримой округе признаком цивилизации изрядно петляющая по распадкам узкая гравийная дорога никак не могла изгнать плотно поселившееся в сознании людей чувство заброшенности. Вероятно, именно это чувство не позволило следопыту, занявшему место в голове каравана и больше не отвлекающемуся на разведку окрестностей, остановиться на днёвку, ограничившись коротким перекусом прямо по ходу движения, набором воды во все имеющиеся ёмкости в первом же попавшемся по пути роднике, и гнать караван вперёд вплоть до самих сумерек. Лишь наползающие из леса тени от скрывшегося за поросшими лесом холмами солнца вынудили путников свернуть на первую же небольшую придорожную лужайку, показавшуюся приемлемой для ночной стоянки каравана. И опять люди легли спать, не разжигая костра, и поужинав на скорую руку. Разумеется, о лошадях не забыли – их накормили, напоили и тщательно почистили от пота и дорожной пыли, используя в качестве обтирки пучки свежесорванной травы.