- Что угодно может случиться, - ответил Катор. – Кто-то всё равно мог остаться в живых, но убежать не успел. Или лишился коня, или получил ранение. Причин много, поэтому лучше перестраховаться. К тому же где-то неподалёку бродит озлобленных на людей хищник, которому все мы на один зуб.
- Рурх не тронет Катора, - вклинилась в разговор демоница, - если он будет вести себя осторожно и не проявит агрессии.
- А ты откуда знаешь? – вскинулся следопыт.
- Просто знаю, - поморщилась девушка. – Впрочем, можно мне и не верить, просто веди себя так, как я сказала. А ещё лучше, если я схожу вместе с тобой, подстрахую на всякий случай.
- Ты останешься с принцем, - возразил Лисаэль. – Основная наша задача – охрана. Катор пойдёт один.
- Как скажете, - Дая демонстративно отвернулась и направила свою лошадь к Лиссиану, который тут же стал показывать девушке, чему успел научиться.
- Тогда я пошёл, - сказал Лисаэлю следопыт, спрыгивая с лошади и передавая ему поводья. – Ждите меня здесь, как и договаривались.
И, вооружившись коротким охотничьим копьём, кинжалом и метательными ножами, охотник мягкой стелющейся походкой скрылся в придорожных зарослях.
***
Катор осторожно двигался по лесной чаще, привычно прислушиваясь к наполненному звуками живого леса пространству, подспудно выделяя из многоголосого звукового потока гомон птиц, хруст колеблемых лёгким ветерком веток, почти незаметный шелест опавшей листвы под собственными ногами, и не забывая внимательно смотреть по сторонам. Видимость вокруг оказалась небольшой – густой лес скрывал всё, что находилось на расстоянии более сотни, максимум – полутора шагов. Да и более близкие объекты вполне можно было не углядеть за массивными вековыми стволами, поэтому к таким деревьям следопыт старался не приближаться, выбирая более свободную дорогу. Вскоре ему стали попадаться глубокие следы лошадиных копыт – охотник выбрал правильное направление и уверенно приближался к конечной цели. О том же говорили и всё более близкие, и оттого более громкие крики ворон, почуявших падаль. Ещё несколько минут осторожной ходьбы, и следопыт наткнулся на растерзанную тушу лошади. Глубокие рваные раны, оставленные когтями неведомого хищника, протянувшись от хребта до крупа, развалили тело скакуна почти надвое, оголив рёбра и позвоночник. Сила удара была такова, что лошадь оказалась отброшена в сторону метров на восемь – следы мчавшегося по лесу галопом скакуна обрывались в стороне. Мёртвый всадник нашёлся неподалёку, и выглядел он ещё хуже, чем его скакун. От человека мало что осталось – он словно попал под ножи гигантской мясорубки. К окровавленному куску вонючего мяса даже подходить не хотелось – настолько отталкивающим оказался внешний вид мертвеца.
- Минус один, - прокомментировал увиденное Катор.
И уже через сотню шагов был вынужден увеличить счёт. А дальше относительно целые, почти целые тела и их фрагменты стали попадаться охотнику чуть ли не на каждом шагу – по-видимому, именно здесь произошла стычка покинувшего катакомбы отряда с легендарным хищником. Закончилась она ожидаемо – полной победой зверя. И, зная из легенд о весьма непростом характере неуловимых котов, у натолкнувшихся на караван остатков отряда было очень мало шансов спастись бегством – не зря они с такой скоростью улепётывали с места битвы. Итог для напавших на демона людей был один, и демоница только ускорила его приход. Пусть кошки и не способны, как лошади, долгое время сохранять высокую скорость бега, но на коротких дистанциях они уверенно обгоняют любого скакуна, а выносливости им не занимать – контролируя границы своих владений, лёгкой экономной трусцой демоны способны бежать сутками.
- Пять, семь, девять… Нет, всё-таки восемь… - считал Катор, обходя по кругу остатки некогда многочисленного отряда. Нашлась и причина столь яростного поведения хищника – в гуще свалки, тут и там, валялись разорванные куски прочной сети, сплетённой из сентийского шёлка, использующегося для ловли крупных морских млекопитающих и считающегося неразрушимым. Вероятно, отряд ловцов задумал поймать хищника живьём, используя для этого ловчую сеть, с трудом поддающуюся даже бритвенно-острому лезвию охотничьего ножа. Что ж, демоны западной гряды в очередной раз подтвердили свою зловещую репутацию – нападение на себя или своего сородича они не прощали никому, безжалостно вырезая как виновных, так и тех, кто случайно оказывался поблизости. Те более удивительным явилось то обстоятельство, что их маленький караван не попал под раздачу – гнавшийся за добычей демон явно видел схватку и гибель охотников. Почему не напал на караван? Возможно, демоны действительно разумны, и этот отдельный представитель семейства кошачьих посчитал, что четвёрка путников на его стороне? И, следовательно, демоница права, сообщив, что демон его не тронет?