Немного успокоившись, Катор продолжил подсчёт разбросанных по огромной площади останков отряда, двигаясь от условного центра прошедшей схватки по расширяющейся спирали. Нашёл он и множество следов конских копыт, ведущих в разные стороны от битвы, но, в большинстве своём – в сторону дороги. Разведка затягивалась – следопыт, потратив порядка двух часов и осмотрев множество фрагментов человеческих тел, смог установить наличие всего двенадцати трупов, не считая мёртвых лошадей. Поиски упрощались тем, что занятый погоней и битвой хищник не притронулся ни к одной туше поверженного врага, а усложнялись крайне плачевным состоянием этих тел – иногда определить точное количество найденных людей удавалось лишь многократным пересчётом и сравнением разбросанных по лесу многочисленных фрагментов. Зрелище оказалось настолько зловещим, настолько кровавым, что даже привычного в виду крови и растерзанных тел охотника временами начинало мутить.
- Двенадцать… Всё-таки двенадцать, - подвёл итог многочасовых поисков следопыт, убедившись, что дальнейшие поиски не дадут результатов, после чего, ещё раз оглядевшись по сторонам и мысленно воздав благодарность неведомому зверю, в ошмётки растерзавшему многочисленный вооружённый отряд и даже кончиком хвоста не замахнувшемуся на маленький мирный караван, направился обратно.
***
- Двенадцать убитых. Трое пропали без вести. Следы копыт трёх лошадей уводят в сторону от караванной тропы, судьба их всадников неизвестна… - доложил Катор, вернувшись к дожидающемуся его отряду.
- Итого двадцать девять человек. Не хватает ещё одного, – подытожил Лисаэль.
- Мы не знаем, сколько людей насчитывал отряд изначально, - возразил следопыт. Ориентировочно я определил его численность в тридцать человек, но могло быть на несколько бойцов больше или меньше. К тому же вовсе не обязательно, что численность отряда должна быть круглой – если считать по-максимуму, то на каждый десяток рядовых бойцов должен приходиться один десятник, плюс командир отряда. Итого – тридцать четыре.
- Или тридцать пять, если отряду был придан боевой маг, - добавил мечник.
- Или сам командир является магом, - подсказал следопыт.
- Тренированный боевой конь способен долгое время везти на себе двух всадников в полном боевом вооружении, - выдал очередную мысль Лисаэль.
- Я не смог проследить судьбу трёх покинувших место схватки лошадей – следы уводили от караванной тропы, направляясь в предгорья. Можно считать, что спаслось не более шести людей, но, скорее всего, их было трое.
- Проследить, куда они направились, можешь? – переспросил мечник.
- Могу, а зачем? Если спасшихся было шестеро, то они не представляют для нас опасности – имея трёх лошадей на всех, скорость передвижения такого отряда резко упадёт, ведь трём бойцам из шести придётся двигаться пешком. К тому же лошади устанут после изнурительного бега, которым спасались от погони. Хуже, если спасшихся трое – в этом случае их мобильность достаточна для того, чтобы нагнать наш караван, ведь двигаться они будут налегке.
- От трёх нападающих мы легко отобьёмся – возразил Лисаэль. – Только придётся поменять очерёдность движения – мне придётся встать в голове отряда, а тебе идти замыкающим и внимательно следить за тылами.
- Вношу альтернативное предложение, - вклинилась в разговор демоница. – Порядок движения нарушать не будем, а за нашими тылами присмотрит рурх. Только придётся время от времени подкармливать его, отдавая часть добытого Катором мяса.
- Ты можешь договориться с демоном? – удивлённо воскликнул Катор.
- Ну, я же договорилась с эмиром, - в свою очередь, удивилась вопросу охотника демоница. – Почему бы мне не договориться с рурхом?
- Рурхи – звери!
- Ваш эмир тоже далеко не одуванчик, - возразила девушка. – Уверена – на его руках больше крови, чем на всех рурхах этого мира.
- Нельзя сравнивать животных и людей!
- Почему? Разве люди получили индульгенцию на убийство? Тогда почему я об этом не знаю?
- Не будем спорить! – прервал собиравшегося ответить что-то едкое следопыта Лисаэль. – Дая, ты уверена, что способна договориться со зверем?
- А вот сейчас и узнаем, - весело прощебетала девушка и, спрыгнув с лошади и передав поводья Лисаэлю – он находился ближе всех остальных, – отошла к обочине.