Тёрк ухмыльнулся.
— А иди-ка ты, достопочтенный брат, гулять, — предложил он, очень неоднозначно улыбаясь.
— Что?
— Потопчи снег сходи.
— Ты издеваешься? — и Рэтару показалось, что сейчас действительно сорвётся на старшего брата. — Только снег осталось потоптать.
— Возьми ведьму свою, хараг её и иди, — покачал головой Тёрк. — И не смотри на меня так. Ей это может больше, чем тебе нужно. Она Миргана заговорила, Элгора заговорила. Девочку, небось тоже… она же камень трогала, так? А ещё Хэла в харне была, и теперь я знаю зачем. И ты тоже. И камень. Он же у неё.
— Да, — подтвердил феран, — она должна была от него избавиться.
— И тут без колдовства никак, — старший мужчина вздохнул. — Иди, Рэтар. Там снег идёт. Красиво, тихо, спокойно. Проветри голову, ведьму свою обними, может ещё где помни́….
— Тёрк, — взвился Рэтар.
— Не рычи на меня, — ухмыльнулся тот. — Я не вчера родился. Тебе с ней хорошо, ей с тобой. Насрать на всех нас, ну, особенно, когда вот-вот тебе на голову что-то обрушится такое, что мало не покажется. Лови мгновение, потом может быть поздно.
Старший брат покачал головой и вышел.
— Хэла? — Рэтар нашёл ведьму на привычном месте, на уступе между зубцов бойниц.
Она была разбитой, уставшей, подавленной, глаза были полны невыносимой тоски.
— Достопочтенный феран? — она слегка улыбнулась.
— Пойдём погуляем? — предложил он.
— Погуляем? — Хэла удивилась.
— Погуляем, — кивнул Рэтар.
— Пойдём, — шепнула ведьма, улыбаясь по-настоящему.
Маленькая, по сравнению с его, ледяная рука легла в его ладонь и стало спокойно. Вот сейчас стало мирно, тихо и до безумия хорошо.
Глава 18
— Почему мы это делаем? — спросила она, когда они неспешно шли в сторону реки, а хараги, как очумелые, носились вокруг, невероятно радуясь выпавшему снегу.
— В смысле? — слегка нахмурился вопросу Рэтар. — Мы просто гуляем.
— Почему мы гуляем? — уточнила ведьма.
Он рассмеялся.
— На самом деле Тёрк выгнал меня.
— Ох, уж этот Тёрк, — покачала она головой и тоже рассмеялась.
Рэтар внезапно застыл и устремил свой взор куда-то в сторону селения. Хэла присмотрелась, но она не видела ничего, хотя нет — видела движение теней.
— Что там? — спросила она с опаской.
— Раненые из Шер-Аштар, — ответил феран. — Будут в селении почти перед заходом Тэраф.
Ведьма снова посмотрела и удивилась тому насколько у Рэтара отличное зрение.
— Надо назад? — поинтересовалась Хэла, отмечая для себя, что, если он скажет "да", то она расстроится.
— Нет, не надо. А ты видела местный ин-хан? — внезапно спросил феран.
— Нет, что это? — этого названия ведьма ещё не слышала.
— Если не устала, то можем дойти, — предложил Рэтар. — Увидишь.
— Не устала, пошли, — улыбнулась Хэла.
— Точно? — с недоверием, но мягкостью посмотрел на неё феран. — После заговоров ты хочешь спать обычно.
— Хочу, — согласилась она. — Но сейчас у меня в голове очень много всего и я не могу уснуть, пойдём. Я вообще в ту сторону никогда не ходила.
Внутри было такое приятное чувство, глупое, юношеское. Сколько времени она не гуляла с кем-то, кто дорог? Боги, кажется это было даже не в прошлой жизни, а в позапрошлой.
Романтика, чтоб её!
И это было так странно. Она перестала чувствовать все те годы, что прожила. До слёз. И почему она столько стала рыдать, как девчонка в пубертат и первую любовь, тьфу ты, эта влюблённость, безумие в крови, в голове, болезнь и острота чувств…
Она устала, но сейчас эта усталость не чувствовалась. Хэла много километров готова была пройти, лишь бы унять себя, и чтобы не потерять вот этот момент, который был сейчас. Всё быстротечно.
С утра всё было хорошо, а потом она стала чувствовать всю эту хворь от злого заговора.
Элгор и Мирган, чуть не убившие друг друга на тренировке. Внутри старшего мужчины была такая ярость, что казалось она собой всё сейчас затопит и причины её ведьма понять не могла.
Элгор, взвинченный сильнее обычного. Непонятный, неопределённый. Он просто метался, словно в клетке, пытаясь бороться с собой, при чём не понимал, что за враг перед ним, хотя врага-то и не было.
Потом кукушечка — такая внутри съёжившаяся, крохотная. Напуганная. Злость и ярость в ней обернулись страхом, потому что она была другой… и когда Хэла поняла наконец, добралась до сути происходящего, взяла в руки мерзкий камень, то вся эта ерундень наконец стала ясной и понятной.