— Моя душа уже обречена, — отозвался он, всё ещё крепко прижимая её к себе. — Если она вообще всё ещё принадлежит мне. Кажется ты давно творишь с ней всё, что тебе вздумается.
Хэла тихо рассмеялась и поёрзала, пытаясь встать, но Рэтар её не отпустил. Феран отрицательно мотнул головой и ведьма к своему нескрываемому удивлению поняла, что он готов продолжать.
— Уверен, что хочешь грешить ещё больше? — спросила она.
— Ты слишком долго мучаешь меня, — парировал Рэтар, — и не думай, несносная моя ведьма, что я зря терпел.
— Хорошо, — кивнула она и, наклонившись к его уху, прошептала, — Тогда буду и дальше творить с твоей душой, и не только душой, что мне вздумается.
И Хэла пошла в наступление.
Преимуществ было с излишком. Она уже давно разобрала на составляющие всю сексуальную жизнь своего нынешнего окружения: правильной была близость, когда мужчина был сзади, никаких излишеств в поцелуях, никаких особых прелюдий, ничего лишнего. Развлечения можно наверное было ждать от наложниц или ларевок, так тут называли содержанок или куртизанок, но и там всё было весьма ограничено в разнообразии. И ещё может в страсти кто-то кого-то обжимал больше разрешённого… всё. В чём была причина понять Хэле так и не удалось.
Заканчивалось всё одним и тем же — правда хотелось верить в применении на деле всего разнообразия позы “мужчина сзади”.
Но уже то, что достопочтенный феран разрешил ей быть к нему лицом во время близости, говорило о том, что ей можно идти дальше, пока идти, хотя иллюзий на какое-то продолжение она и не особо строила.
Внутри Хэла искренне верила, что всё происходящее мимолётно и виной тому потрясение от того, что с ней произошло.
Она конечно видела, что между ними с Рэтаром “искрило” — она же не идиотка! Но когда есть определённые препятствия для того, чтобы дать себе волю, тут уж как не коротит — дальше искр не пойдёт. И потому внутри неё была непоколебимая уверенность, что просто отпустило тормоза, ничего другого, и это пройдёт.
В её жизни вообще всегда всё вот такое невероятное проходило моментально. И Хэла ждала — ещё немного и Рэтар придёт в себя, и она снова станет всего лишь чёрной ведьмой, и, к своей гордости, она точно знала, что одна из её неплохих способностей адекватно воспринимать подобные ситуации.
“Наслаждайся тем, что есть, а потом не смей настаивать на большем!”
Но сейчас ведь было можно, и наступление было весьма удачным — Рэтар не говорил, скорее молча с интересом наблюдал.
Сначала, правда, когда она встала с него, покрывая поцелуями его лицо, затем шею, перейдя на грудь, он попытался её не отпустить. Но настаивать не стал, и отпустил.
Хэла запустила руки под тёмно-синюю рубаху, задрала её и прошлась поцелуями ниже, потом сползла на пол, устроившись между его ног и, насколько могла мягко, завершила наступление тотальным уничтожением.
Это было невообразимо странным и удивительным, ведь когда живёшь в мире, где мужчины ждут от женщин всего и ещё чего-то сверху, начинаешь даже не задумываясь принимать всё это как должное. А тут было не так.
И вот ведь оказывается к такому даже феран был не готов. Рэтар дёрнулся, шумно втянул в себя воздух, внутри него зарычал его почти успокоившийся зверь, а огонь, который его питал, снова стал ревущим пожаром.
— Хэла, ты, — выдавил он из себя и схватил её за руки.
Она остановилась, подняла на него лицо, склонила голову набок и спросила:
— Уверен, что хочешь, чтобы я перестала? Я же только начала…
— Ты не доживёшь до завтра, — прорычал Рэтар.
— А может я и не планировала, — улыбнулась Хэла и, положив его руки на диван, продолжила.
Есть вещи, которые хочется делать, а есть от которых приходишь в восторг в процессе и, вот сейчас, делая ему приятно и видя, а ещё слыша, эту невообразимую реакцию, ей впервые в жизни было невероятно кайфово это делать.
“Что там в пошлых книжках про это пишут?” — ухмыльнулось её шальное я.
— Рэтар? — и внезапно понадобилось ощутить его силу и мощь.
Он лишь прохрипел в ответ, даже не открывая закрытых глаз.
— Сделаешь ещё кое-что для меня? — прошептала Хэла. — Наверное даже не придётся грешить…
Он открыл глаза и посмотрел на неё со жгучим вниманием. В этом взгляде было столько желания и безумия, что её начало трясти уже заранее.
Хэла развернулась к нему спиной и опустилась на мягкие шкуры, которыми был застелен пол в этом месте, изогнув спину, подобно кошке, уж насколько нужно быть сейчас не в себе, если уже одно понимание, насколько это пошло выглядит со стороны, доводило её до оргазма — кажется она действительно не доживёт до завтра… зато умрёт счастливой!