Он развернулся, чтобы уйти, но Хэла запела:
— Вертись-вертись, мое колесо,
Тянись-тянись, шерстяная нить,
Отдавай, мой гость, мне мое кольцо,
А не хочешь если – совсем возьми.
Отдавай, мой гость, мне мое кольцо,
А не хочешь если – совсем возьми. [1]
Рэтар развернулся и встретился с этим невообразимыми, полными бездонной печали глазами чёрной ведьмы. Она всегда смотрела на него открыто и прямо, никогда не отводила взгляд, всегда была готова к тому, что феран имеет право наказать её. И этим Хэла была прекрасна и у него никогда не поднялась бы рука наказать её, Рэтар понимал это. Он тонул в этих глазах. Сходил с ума и тонул.
— Я себя сегодня не узнаю,
То ли сон дурной, то ли свет не бел.
Отдавай мне душу, мой гость, мою,
А не хочешь если – бери себе.
Отдавай мне душу, мой гость, мою,
А не хочешь если – бери себе.
Звон стоит в ушах и трудней дышать,
И прядется не шерсть, только мягкий шелк,
И зачем мне, право, моя душа,
Если ей у тебя, мой гость, хорошо.
И зачем мне, право, моя душа,
Если ей у тебя, мой гость, хорошо.
Пока она пела, взгляды их были сцеплены намертво и боги свидетели Рэтар был одной ногой за чертой, той самой которую переступил безвозвратно уже намного позднее.
Хэла допела, а он прочистив горло, пожалел, что под рукой нет ведра ледяной воды, тихо произнёс:
— Иди спать, несносная моя ведьма, – она склонила голову набок, потом улыбнулась и кивнула, а феран развернулся и ушёл.
И до сих пор не понимал, как у него это тогда получилось.
[1] Мельница "Рапунцель"
Глава 19.2
— Достопочтенный феран!
— Уважаемый маг, – отозвался Рэтар, не отрывая взгляда от алагана, который услышав приближение чужого вздрогнул и отбежал на безопасное расстояние.
— Алаган? – удивился Зеур.
— Как видишь, – ответил феран.
Маг повёл головой, проследил за движением зверя.
— Ты не сообщил мне, что ведьма не просто выжила, но и пришла в себя, – Зеур встал возле ферана, лицом к нему и боком к перекладинам ограждения. — Бодра, весела и всё так же ядовита на язык.
— Ты сказал не трогать тебя, разве нет? – феран старался говорить отрешённо, но присутствие Зеура его напрягало.
— Разве? – тот повёл бровью. — Мне кажется я такого не говорил.
— Значит ты думал, что я столько дней удерживаю её жизнь нитью?
— Вы Гораны безумны.
Рэтар пожал плечами. Он не доверял магам, потому что магия была уделом избранных и все они, постепенно утопая в этом знании, становились надменными, поддавались заразе тщеславия и презрения ко всем другим людям к магии не причастным.
Гораны всегда искали магов среди своих, впрочем как и многие другие фернаты. Свои просто как-то ближе и понятнее.
Так получилось, что Зеур был вхож в их семью. Он с братьями рос с детьми дома – Риваном, Роаром, Эларой, Элгором. Когда тогдашний их маг, увидел в мальчике потенциал и забрал его в башню магов для обучения, было понятно, что парень, став магом, скорее всего будет служить Изарии, а не какому-то другому фернату. Это случилось, когда фераном был Рэтар.
Зеур был достаточно молод, но талантлив и сейчас его знания и умения были чуть выше среднего, и вполне возможно, что он станет ещё сильнее. Но даже его дружеская привязанность к дому Горан не делала отношение самого ферана более доверчивым.
— Одно тело наложницы чего стоит, – добавил маг, когда Рэтар ничего не ответил на замечание о безумие его семьи.
Ферана передёрнуло.
— Тёрк надеюсь сказал, что об этом не нужно никому говорить? – поинтересовался он, хотя точно знал, что старший брат об этом Зеуру сказал.
— Сказал, – подтвердил тот. — Здесь никого кроме нас нет. Иначе я промолчал бы.
— По делу пришёл? – спросил Рэтар, не имея желания разговаривать.
— На наложнице был заговор, – маг скрестил руки на груди. — Злющий такой, от чёрной ведьмы, и я решил проверить, что тут происходит.
— И как мы тебе? – спросил феран.
— Да лучше некуда, – ответил Зеур. — Но раз ты не удивлён заговору на своей девке, значит, знал о нём. Работа Хэлы?
Рэтар хмыкнул, но промолчал, предпочитая не отвечать.
— Зацепила тебя эта баба, серьёзно? Впервые видел, чтобы ты так над кем-то убивался. Себя не жалея… силу в почти мертвую, – маг обречённо мотнул головой. — Не стоит в это лезть – ведьмы народ сложный.