— А маги простой? – разговор принимал неприятный оборот.
Зеур усмехнулся.
— А вот этого не надо, – но усмешкой скрыть раздражение он не смог, — не равняй магов с чужой, пришлой грязной кровью ведьм.
Внутри Рэтара рванула злость, но он сдержался.
— Слушай, я тут подумал, – Зеур заговорил спокойнее, попытался заглянуть в лицо ферану. — Рэтар, а давай я её заберу.
Феран нахмурился, встретившись с магом взглядами.
— Не нужна тебе такая, – повел головой Зеур. — Слишком она… не знаю… странная, неправильная.
— А есть перечень правильности и привычности призыва? – феран отвёл взгляд, сосредоточившись на наблюдении за алаганом.
— Нет, просто, ты пойми, ну вот даже то, что она вернулась из-за грани, – покачал головой маг. — Как она Роара вылечила – странно. Эрона, ребенок её. Не дело это чёрной.
— Ты расстроен, что она не убила ещё никого? – спросил Рэтар.
— Я боюсь, что когда она начнёт, – и он покачал недовольно головой. — Её уже ничто не остановит…
— Зеур, – вздохнул феран.
— Рэтар, нет, – перебил его маг, решительно, теряя осторожность. — Правила призыва едины, не бывает по-другому. Она опасна, потому что непонятна ни природа её силы, ни сколько в ней её, понимаешь? Давай я заберу, ничего я не буду с ней делать, оставлю у себя, попробую понять.
И он замолчал на мгновение, ожидая реакции Рэтара, но феран затаился.
— Зачем тебе такое внутри семьи, зачем так рисковать? – и маг кажется хотел положить руку ему на локоть, но остановил себя. Придвинулся ближе. — Она сейчас хорошей пытается быть, а в другой момент потеряется, выведет её что-то из себя и всё. Давай на кровь Элгора призовём новую чёрную ведьму. Я сам сделаю всё, поищу получше, потому что явно те, кто работу тебе делал, сделали её очень плохо.
— Меня всё устраивает, – ответил Рэтар.
— Достопочтенный феран, ты не слышишь меня? – Зеур начал терять терпение. — Я как друг говорю, прошу! Чего ты вцепился в неё? Что в ней такого? Всех тут перекрутила тебе. И тебя перекрутила. Ты, что и вправду её к себе в постель затащил, как тут поговаривают простые? Рэтар… Поэтому не отдаёшь? Всесила! С ума сошёл?
Маг взвился, а алаган испугавшись убежал на другой конец загона. Зеур помолчал, пытаясь найти слова и доводы, тяжело вздохнул.
— Думаешь справишься с ней из-за этого? – спросил он, унимая свой гнев. — Это так не работает. Ты подумай сам. Ладно, если она так уже внутри сидит – не вопрос. Бывает. Понимаю. Ты не первый, не единственный и не последний. Все мы живые, и как оказывается даже ферана Изарии Рэтара Горана можно зацепить, но тем более, тогда надо от неё избавиться тебе.
Зеур сощурился и кажется полез в голову ферана, несмотря на то, что ему было это запрещено.
— Чем дальше будет от тебя, тем лучше! – заговорил маг вкрадчиво и спокойно. — Если тебе сама баба нужна, то я же не убивать её буду, приходи, когда хочешь, пока будет к ней тянуть, и делай, что там тебе хочется. А как отпустит, то ты же понимаешь, что все женщины одинаковые, не умеют они спокойно расставания переживать, а тут ещё такая силища в ней. Коли будет здесь и ты её обидишь чем, заденешь, ты хоть понимаешь, что она натворить может?
Рэтар молчал, внутри бурлило, рвалось, кипело. Внутри была яростная буря. И он держал себя в руках, потому что вот сейчас никак нельзя было показать свои чувства, никак нельзя было выйти из себя и потерять хладнокровие. Потому что магам доверять нельзя.
— Чёрные ведьмы лживый, злой народ, про́клятый, – продолжал давить Зеур. — Если она тебе говорит сладко, это не значит, что так оно и есть на самом деле. Они не чувствуют, нельзя от них ждать любви, нежности, ласки, вот этого простого человеческого. Нет в них этого! Всё ложь. Она в душу залезла – отравит, изведёт, как только слабину дашь. Будет тянуть силу из тебя, пока не вытянет всё без остатка. Не ведись на это, кто угодно может в это влезть, но не ты. Я же просто прошу, одумайся, решение можно принять не сразу, но и не тяни. Слышишь?
Рэтару очень хотелось Зеура придушить. Вот несмотря на то, что знал его с детства, несмотря на то, что парень не раз помогал, несмотря на то, что полагались на него и он приходил на зов, порой даже себе во вред – сейчас внутри бурей выло желание заткнуть его, уничтожить, чтобы не слышать больше всего этого, потому что задевало, злило, рождало неконтролируемый гнев. Зверь внутри начал шевелиться, рычать, потому что – что ты стоишь и слушаешь всё это, разорви и дело с концом.