— По-твоему тут все родились в седле что ли? – повела головой женщина.
— Не знаю про всех, но я боюсь тоор, и фицр, и даже вот этот птенец, когда я с ним наедине, пытается меня клюнуть, – ответила на это Мила и с недоверием покосилась на птицу.
— Ого, ты клюёшься? – возмутилась чёрная ведьма.
— Эти их тооры никогда не дадут мне их оседлать, – заключила Милена.
— Давай послезавтра, после праздника, тебя посадим в седло и потренируем, – предложила Хэла. — Как раз несколько дней до отъезда будет у нас.
— Правда?
— Угу.
— Спасибо! – и белая ведьма просияла.
Ведьмы посидели вместе ещё немного, а потом разошлись.
Больше Милена вчера Хэлу не видела, и внутри почему-то появилась какая-то тревога за неё, но вот она стояла перед ними и озорно на всех смотрела, и белую ведьму отпустило.
— А сороки это кто? – спросила Грета, не понимая очередного слова Хэлы, которым она их назвала.
— Это птицы такие – красивые, чёрно-белые и так галдят, что сил нет, – улыбнулась Хэла и села на её кровать. – В ушах трещит.
— А почему всегда птицы? – спросила Сола.
— Не знаю, само собой выходит, – рассмеялась Хэла. — Мы все серенькие на мышек похожи, но куропатки как-то приятнее звучит, не?
Все захихикали.
— Хэла? – в дверь пролезла голова Найты.
— Доброго утра тебе, кукушечка моя, – кивнула ей чёрная ведьма.
— А не заплетёшь мне косу, с лентой? – спросила, смущаясь, девочка.
— Конечно, моя детка, иди сюда.
— Хэла, а нам? – подняла руки Маржи. – Сделаешь?
— Конечно. Хотя я хотела идти смотреть на мужиков шикарных бритых, это вы всех видели, а я как же не пойду поехидничать? Но красота конечно требует жертв, – она улыбнулась.
— Так мы тоже некоторые не видели никого, – отозвалась Грета.
— А как же прошлое благословение Изара? – спросила Сола, которая попала в этот мир самой последней из всех серых, не считая ведьм.
— Так мы видели только отряд митара, самого митара и бронара, – кивнула Донна.
— Да и те брились пополам, – отозвалась Оань.
— Это как? – нахмурилась Сола.
— Бронар голову не брил, только бороду, а митар брил голову, а бороду нет, – отозвалась Найта, пока Хэла плела ей косу.
— Бронар и так с бородой-то не ходит, – махнула Маржи. — Его растительность – не борода, а название одно.
Они захихикали.
— Есть такое, – кивнула Грета. — А отряд ферана в прошлый праздник был на границе где-то, а когда вернулись уже обросли все. А феран не брился на прошлый раз, да и не выходил весь день – в доме просидел, один совсем, потому что все на кострах были.
Девочки закивали.
— Подожди, Хэла, – вскинулась Донна. — Ты его видела с утра. Он брился? Давай расскажи. Нам же интересно! Или опять будет самый заросший, в прошлый раз так и было! Хэла!
Чёрная ведьма рассмеялась.
— Давайте, кому ещё что плести, а то уйду смотреть на марш красавцев благодарных. Я из-за вас пропущу всё интересное, – покачала головой женщина, доплетая косу Найте.
Они все повскакивали со своих постелей и обступили Хэлу, потому что у неё получалось сделать на голове что-то красивое и, так как обычно они творили себе что-то простое самостоятельно, чаще всего это были хвосты и простые косы, чтобы волосы не лезли в лицо, косы от чёрной ведьмы ценились на вес золота, так сказать.
Короткие волосы были только у Йорнарии и Карлины. Обе видимо считали, что чем короче тем практичнее. Чуть длиннее были у Хэлы, но у неё получалось сплетать на голове “колоски”, то прямые, то наискосок, то два по бокам и собирать волосы несколькими заколками, снизу и потому голова у неё была убрана, только иногда особо буйные волосы выбивались спереди и придавали ей очень озорной вид.
Руки чёрной ведьмы работали достаточно долго, но в итоге получилось, что ни у кого не было похожей причёски.
А Оань, которая не расплетала своих тугих кос обычно, сегодня их расплела и у неё на голове был настоящий одуванчик, как у африканок – она была невероятно красивой с этими классными вьющимися как пружинки волосами, при чём Хэла заплела ей косу, словно ободок и вообще получилась невообразимая красота.
— Ты хочешь? – чёрная ведьма села на кровать к грустной Милене.
Глава 20.2
Несмотря на то, что происходящая суета завораживала девушку, всё равно она была потеряна.
— Не знаю. Зачем вся эта красота, если нужно будет головы покрыть?
— С чего ты взяла? – удивилась Хэла.
— Как всегда, когда мы из дома уходим, – ответила Мила. — Ты кажется единственная, кто этого не делает.
— Ну, для начала мы из дома никуда не денемся, – улыбнулась Хэла. — Наш костёр предпоследний в цепочке костров, они идут от селения до дома, ты вчера не видела что ли как последние костры делали?