— Не меняет, – рассмеялась белая и прижала девочку к себе.
Когда Милена подняла взгляд, то не нашла уже ни Роара, ни Элгора, ни ферана, ни Тёрка, ни других братьев-командиров…
Костры поразили её. Это были не те костры, на которых она уже была. Эти тянулись по всей дороге, уходили вереницей огней в селение и там заканчивались огромным костром, огонь которого было видно даже отсюда.
Когда Тэраф уже вступила в свои права, началось веселье. Все пили, ели, кто-то играл на дудках и ещё каких-то инструментах. Где-то в селении пели песни, которые подхватывали на протяжении всей “огненной” дороги люди и в итоге песня проходила путь от селения до дома или обратно. Пели об урожае, пели о работе, пели об Изаре и какие-то ещё песни о войне, разлуке и любви.
Серые сидели у своего костра, с ними сидела Найта, на последнем в цепочке костре были в основном домашние, но не все – большинство ушло гулять между кострами. Воины действительно почти не пили, как заметила Донна, они хоть и вели себя непринуждённо, но тем не менее явно внутри них было напряжение.
Хэлы не было какое-то время и кое-кто из серых хихикая заявил, что видимо чёрная ведьма проведёт этот праздник вместе с фераном, которого тоже на кострах не было. Но девочки ошиблись – оба они пришли. Достопочтенный глава дома был как всегда собран и серьёзен, а чёрная ведьма – весёлой и неугомонной.
— Хэла, а какая песня в твоём мире самая грустная? – спросила Лорана, видимо потому что только что они дослушали здешнюю песню о несчастной любви.
— В смысле? – нахмурилась чёрная ведьма. — Спеть тебе про войну и мёртвых детей что-то?
— Нет, не надо! – мотнула головой девушка. — Вот про любовь, например.
— Хм, – Хэла усмехнулась. — Так они все грустные, хоть в петлю лезь. Ну, ща, жди, тексты загрузятся.
Она посидела и подумала, потом хихикнула и поддев белую ведьму локтем сказала:
— Знаешь какая песня в голову лезет?
— Какая? – спросила Мила.
— Гоп-стоп, – усмехнулась чёрная.
— Ты бы ещё Мурку вспомнила, – захихикала белая ведьма.
— Отличный выбор. А как по-твоему какая самая грустная песня о любви?
— Прыгну со скалы? Возьми моё сердце? – улыбнулась Милена. — Или Тёмная ночь?
— Детка, а тебе точно двадцать, а не восемьдесят? – шутливо нахмурилась женщина. — Ладно, стой, знаю. Уж раз бабушек вспомнили. Только ща, голос настрою.
И Хэла вдохнув, посидела с закрытыми глазами, а потом запела низким, протяжным народным, идущим откуда-то из груди, голосом:
— Что стоишь, качаясь,
Тонкая рябина,
Головой склоняясь
До самого тына?
Головой склоняясь
До самого тына?
А через дорогу,
За рекой широкой,
Так же одиноко
Дуб стоит высокий.
Так же одиноко
Дуб стоит высокий.
Чёрная ведьма пела песню, в вокруг всё как-будто замерло.
Милена, зная эту песню, которая тянула не только тоской по любви, но и по дому, по вот этим рябинам и дубам, по такому вот пению, которого она не услышит уже никогда, только если Хэла решит разорвать душу в клочья.
Никому не надо было объяснять, что песня была о деревьях и что безысходность этого рассказа настолько велика, как наверное ни у одного другого. Уж, что может быть печальнее любви двух деревьев, которых разделяет река?
— Достаточно грустно? – спросила Хэла с вопросом глядя на Лорану, когда допела.
Та обречённо кивнула, в глазах у неё тоже были слёзы, да и не у неё одной. Смотреть на мужчин Милене вообще не хотелось – страшно было до обморока.
— Хэла, ведьмочка моя, хорош сердце рвать, а? – бухнул Тёрк.
— Так что попросили, то и спела, дорогой, – улыбнулась ему ведьма, разводя руками.
— Давай тогда лучше свои про дураков и молний, а? – он кажется был тем человеком, который всегда всё говорил вовремя.
И сейчас тишину отпустило, все рассмеялись, включая Хэлу и она запела одну из видимо любимых здесь песен группы “Король и шут”.
— Грохочет гром
Сверкает молния в ночи
А на холме стоит безумец и кричит
"Сейчас поймаю тебя в сумку
И сверкать ты будешь в ней
Мне так хочется, чтоб стала ты моей!..”
И так немного приходя в себя все начали просить кто что – какие-то песни Хэла пела одна, какие-то ей подпевали Маржи и Донна. Какие-то знала и Милена, и тоже подпевала, захмелев от местной цнели, потому что в этот раз Хэла не делала никакой выпивки и об этом никто даже не заикнулся. Получилось, что песни просили кто какие, как начала Лорана, так всё поехало по кругу и в конечном итоге дело дошло до белой ведьмы