— Я плохо помню, – начала Мила. — Как будто меня там не было, а я кино смотрела… ты не знаешь, что это… прости… я наверное не смогу объяснить. Словно со стороны. Когда вы все ушли, женщины потянулись к сторожевым башням, меня Хэла подняла и я пошла с ней, а потом Найта побежала назад, потому что там остались цветочки, те что я вырастила…
Она всхлипнула, а Роар прижал её к себе сильнее.
— Хэла меня оставила и пошла за ней, я стояла там и вдруг возле девочки появился здоровенный мужик, он её за шею схватил, а под рёбра сунул кинжал и все замерли, а он спросил кто из нас ведьма и Хэла сказала, что она. Я даже не поняла, откуда их столько взялось… человек десять точно было, да?
Он кивнул, напрягся невольно.
— Один Хэлу схватил и потащил, – прошептала Милена. — Но не наружу, а обратно, только не в дом, а я даже не поняла куда… А Найта вдруг укусила того, что её держал и он…
— Всё, хватит, не надо дальше, – попытался остановить рассказ Роар, но ведьма упрямо замотала головой.
— Он её наверное не специально, – ответила она, смутившись от своих слов. — Но когда Найта упала, и он что-то сказал на это… Мита закричала, и тот, что держал Хэлу, вдруг какой-то странный звук издал, и прямо отпихнул её от себя. А она кинулась к девочке и тут тот, который её ранил, выругался и схватил, точнее попытался, а потом этот гул… я даже не поняла сначала, но это у меня в мире так линии электропередач гудят. И все эти воины вдруг выгнулись и их стало трясти, а потом вы прибежали. Это было электричество.
— Эле… что? – нахмурился Роар.
— Электрический ток, – ответила Мила, стараясь объяснить. — Молния, которую у меня в мире человек научится делать сам и она даёт нам энергию. Без неё ничего не работает… в общем это наше всё. Мой мир мало что сможет без электроэнергии. И она опасна. Смертельно. И Хэла пустила ток в землю и их всех убило разом.
Милена шмыгнула носом.
— Хэла так любила девочку, – с болью произнесла ведьма. — Так трепетно и так… тоскливо. Я никогда такого не видела. Она с ней обращалась как ни с кем, она понимала её. Как она вообще теперь будет?
Роар погладил её по голове. Он прекрасно понимал о чём говорит Милена – Хэла будет разбита. Но не только этим… Чёрная ведьма никогда никого не убивала в их мире. Ни разу. Даже в этом проклятом Шер-Аштар она защищала, а не нападала. Шальных, напавших во время торгов, она просто лишила сознания, но не убила. И понятно, что видимо могла убить совершенно спокойно.
— Как они оказались в доме, эти люди? – спросила девушка. — Через портал?
— Нет, – ответил митар. — Порталы закрывают обычно в праздники, когда нет охраны рядом, чтобы нельзя было ими воспользоваться без согласия принимающей стороны. Они пришли иначе.
— Иначе?
— Не думай об этом, – мотнул головой митар. — Послезавтра будем в Зарне. Там такого не случится.
— Роар?
— Ммм?
— Я совершенно не умею ездить верхом и тооры меня не любят, – поделилась Милена. — Хэла обещала после костров меня научить, а теперь…
— Не переживай, маленькая. Я буду рядом, – он прижался губами к её макушке. — Попробуй поспать, хорошо?
Она согласно кивнула и через какое-то время погрузилась всё-таки в сон. А Роар лежал, прижимая её к себе и внутри поверх невообразимой радости, что она снова рядом, расплывалась жуткая тревога, полная страха и бессилия.
Глава 22
Можно ли изменить какой-то из моментов, можно ли просто перестать двигаться вперёд и остаться в точке наивысшего покоя, когда счастлив, когда ничего не нужно больше?
Рэтар смотрел на спящую Хэлу и его уничтожала мысль о том, что совсем немного времени назад они были вместе, он чувствовал её, она смеялась, она была рядом. Просто разговор, просто сплетение рук, потом всепоглощающее желание, обжигающая близость…
И вот руины. Она разбита, сметена, раздавлена, словно ураганом вырвана из его рук и он ничего не может с этим поделать, не может исправить и снова не уберёг… Рэтар был не там, где был так нужен… ей нужен.
Он тяжело вздохнул и сел рядом с кроватью, отдаваясь на волю тяжёлым думам.
Перед кострами, когда в доме уже было мертвенно тихо и даже привратник портала был отпущен отдыхать, Рэтар нашёл Хэлу на привычном месте, между зубцов, сидящую в задумчивости и смотрящую в бесконечность полей, гор, линии где земля встречается с тускнеющим небом.
Странное дело, но когда он был ребёнком он тоже часто любил забираться вот в такие места. Сидел здесь и на башне, которую потом присвоил себе Элгор.