Тот ничего больше не сказал, снова кивнул, положив правую руку с сжатым кулаком к груди и выйдя, оставляя ферана одного.
И сейчас, сидя в тишине комнаты, обложившись сообщениями о нападениях на селения и прислушиваясь к шагам в коридоре, Рэтар искренне пытался понять сможет ли он остановиться. Сейчас. Отступить. Снова и насовсем. Вырубить в себе это чувство к ведьме, выжечь, уничтожить, затоптать… только как можно уже затоптать то, что горит таким пожаром, что даже подойти и залить водой нельзя, не то что затоптать.
Он сидит и слушает, слушает шорохи и шаги, и отчаянно боится, что Хэла не придёт, потому что обиделась из-за птицы.
Рэтар сжирал себя – и чего он вообще взвился из-за этого проклятого птенца гвирги? Да выхаживала бы она его и что? Он сам не понял, что с ним случилось. Ревность к Броку? Смешно же? До чего дошло? Может и правда лучше не продолжать? Может вот прямо сейчас остановить всё это и Тёрк прав?
Но он уже не может унять себя, когда внутри всё скручивает от тоски и так хочется почувствовать её снова и снова, словно в бреду, словно он сам не свой, а может свой, может сейчас он наконец может быть самим собой, не сдерживая себя и не пытаясь брать под контроль то, что есть внутри и с чем он всю жизнь борется?
— Я думал ты обиделась и не придёшь, – сказал он тихо, когда Хэла всё-таки пришла.
— Обиделась, – ответила ведьма. — Но я не хочу, чтобы ты спал на полу в комнате у серых, я бы пошла спать к харагам, но там снова этот чёртов дождь ваш льдышками, и значит во дворе будет дубак, так что вот.
Рэтар повёл головой. Его предпочли харагам. На самом деле было всё равно – даже если она обиделась и не даст ему к себе подойти, если она просто будет спать в этой комнате, этого уже будет хватать, этого уже будет достаточно, чтобы внутри него был покой.
— Что это? – Хэла облокотилась на спинку дивана, на котором он сидел, указывая на бумаги вокруг.
— Отчёты о нападениях за два последних тира, точнее за один, а за второй у Тёрка, – ответил феран.
— Зачем? – приподняла бровь ведьма.
— Пытаюсь понять, откуда взялись шальные в таком количестве и таким подготовленным отрядом, – Хэла с ним говорила и от этого уже было хорошо.
— ОПГ прям, – буркнула она.
— Что? – Рэтар нахмурился.
— Организованная преступная группировка или ОПГ, – пояснила Хэла. — У меня в стране время было, когда на улицу нельзя было выйти, чтобы на таких вот “шальных” не наткнуться, у нас их “братками” называли.
Феран приподнял бровь.
— В районе, где я жила были одни из самых отбитых. Войны прям на улицах устраивали. Стреляли, машины взрывали, – она вздохнула. — Хочешь, я кому-нибудь из них в голову залезу?
— Нет, – отрезал он слишком резко.
— Почему? – Рэтар и не надеялся кажется, что она решит не спорить, как Элгор.
— Потому что нет, Хэла, – рыкнул он, сам того не желая, но снова вышел из себя, — и дай мне слово, что ты этого делать не будешь?
— Боги, Рэтар, нет так нет, как скажешь, – ведьма повела плечом и развернулась.
— Хэла, – его полоснула злость и досада. Она обернулась. — Прости.
— Ничего.
— Нет, подожди, – Рэтар протянул к ней руку. — Прости. За птицу прости. И она у Брока. И шальные… я не хочу, чтобы ты лезла в головы тех, кто грабил, насиловал и убивал.
Хэла дала ему взять себя за руку и подошла ближе, когда феран потянул её к себе.
— Я попробую разобраться сам, если не получится тогда, – Рэтар вздохнул.
— Я знаю про птицу, – ведьма села на спинку. — И поверь мне, в их головах я не найду что-то, чего хоть раз не видела в своём мире. Увы. И я уже по сути была в их головах, когда выключила их во время нападения, жаль, что ничего не поняла, или скорее была не внимательна, потому что волновалась за Брока и Роара.
— Брока? – феран нахмурился и пытался понять всё, что она ему сейчас сказала.
— Ты не заметил, что у него на щеке и шее повязки? – спросила она.
Рэтар, конечно, заметил, но это было обычным делом – ничего особенного.
— Ему повезло, я очень за него испугалась, – проговорила Хэла. — Включила квочку, не могу иначе… я остановила кровь на расстоянии! А вообще я запаниковала. Надо было аккуратнее. Но я видела, как его огонь затухает, а потом увидела, что с Роаром что-то неладно. Я рванула к нему, а его ранили и меня занесло. Я ведь могла их убить, и мне не по себе от этого.
— Подожди, Хэла, – и Рэтар смотрел на неё, вникая в рассказ, не понимая половины слов, но то, что понимал его напрягало. — Что ты сделала?
— Я их выключила, – повторила она странное слово. Потом вздохнула. — В смысле, я не знаю. Они кажется просто потеряли сознание. Но не все. Кто-то ушёл… прости.