И Тёрка переполняла праведная ярость, смешанная с невероятной обидой.
— Никогда себе не прощу, – прохрипел брат. — Он же на моих глазах, когда были в какой-то богадельне, пили все, девок жали, одну во время этого дела прям так приложил, что лицо ей всё разбил, и его прям…
Тёрк зарычал, хараги подняли на него свои морды, ярость рвалась из него, мужчина сейчас был настолько не в себе, что рядом с ним стояли не только хотры, но и сама смерть.
— И я стоял и не понимал, что происходит, – нахмурился он. — Одурел, понимаешь? Я её потом к магам водил, чтобы лицо ей сделали назад, а надо было хватать и к ферану идти. И что, что девка из падких, не важно, за это мог клеймо заработать и сейчас бы в Хар-Хаган старшим командиром был. Такое даже отец не стерпел бы, хоть и сам жестоким был.
— Уймись, – вздохнул феран. — Сейчас-то чего об этом?
— Потому что нельзя так, – ответил Тёрк и Рэтар был с ним согласен.
— Да он бы уже тогда сделал как с той, из ткачей, помнишь, – возразил феран, вспоминая случай, когда Шерга в очередной раз ушёл от наказания за надругательство. — Взял бы падкую в супруги – отец бы повеселился.
— А с той, – повёл головой Тёрк. — Я же знаешь, ходил к её отцу. Просил. Просил, Рэтар, чтобы он не губил девку, довёл дело до конца, до суда, до наказания. А он, тоже хорош, увидел камни и забыл, что эта мразь с его дочкой сделал. Как же меня это всё выводит из себя, как же это… отпусти меня, а? Прям увижу его и разделаю, не сдержусь!
— Потерпи до Зарны, – попросил феран брата. — А там, даю слово, что отпущу.
— Я бы лучше в седле задницу сбивал по Изарии, искал бы шальных, чем вот эта мерзость! Вот прям выворачивает, знаешь? – и Тёрк снова выругался, тяжело вздохнул.
— Гесу вспомнил? – спросил Рэтар.
— А чего вспоминать? Я не забывал никогда… так я сплоховал тогда. Надо было уступить Миргану.
— Думаешь у него хватило бы разумения дать отцу за неё прикуп или обвязаться с ней перед тем как на войну уйти? – спросил феран. — Если у тебя не хватило, то у нас мальчишек откуда это взяться могло?
Тёрк мотнул головой.
— Никогда себе не прощу этого. Никогда. До последних дней помнить и сожалеть буду.
— Отпусти, Тёрк, – тихо проговорил Рэтар.
— Не могу, – мотнул головой брат. — Я её улыбку порой, как наяву вижу. И знаешь в такие моменты так хочется рвануть в Хэжени, найти этого урода и голову ему раскроить.
— Столько времени прошло, Тёрк. Думаешь легче станет?
— Не знаю. А может он исдох уже давно, – он вздохнул. — Не станет, наверное. Я сколько времени думаю об этом, пока не разобрался.
— У всех такие истории есть, Тёрк, – попытался унять его феран.
— У тебя нет, – ответил брат. — Ты разумный, осторожный, Рэтар, у тебя всегда голова наперёд работала.
— Скажешь тоже, – феран грустно ухмыльнулся и размял шею. — Только вот девку у меня под носом убили и я ничего теперь сделать с этим не могу, потому как знаю кто, а доказательств нет. Теперь её буду видеть, просить у меня она будет, корить, что я вон... даже обряд нормально похоронный провести не смог. Магу тело отдал на поругание.
— Брось, слишком себя не выворачивай, – нахмурился Тёрк. — Мы все сплоховали с ней. Да и откуда ты мог знать, что Элгор и Мирган к ней охрану не приставят?
— Нет, Тёрк, я у неё с утра был, охрану не видел и не почуял, – внутри Рэтара была пропасть вины. — А надо было. Я жду, когда он ошибётся, а сам? Упустил его из-за такой мелочной недоглядки.
— Ты как так быстро узнал, что она умерла? – спросил старший брат. — Я когда тело взял, оно тёплое было ещё, даже Зеур подивился.
— Хэла, – ответил Рэтар. — Она почувствовала. Подскочила во сне и говорит, что умер в доме кто-то и я почему-то вот понял, что это Шера.
— Так Хэла знает? – уточнил Тёрк.
— Нет. Она сказала, словно в бреду, и снова уснула.
— Спросит.
— Может и нет, – повел головой Рэтар, хотя конечно не верил в это. — А если спросит – отвечу. От неё нет смысла скрывать.
— Я её видел, она от тебя уходила сейчас? – проговорил Тёрк, а Рэтар кивнул. — Она там в коридоре, как не родная, по стеночке, на мысочках. Я когда говорил, что её топить будут, никак не думал, что одной из них Мита будет. Сердечная кормилица наша, а вон оно как…
— Я знаю, – Рэтара передёрнуло горечью. — Видел.
— Вот ещё что, – сощурился барт. — Я тут думаю, а не плохо ли то, что мы Элгора в это втянули? Они с Шерга дружки, может он ему сказал про Шеру?
— Я ему сказал, – ответил феран и поморщился. — Здесь я тоже промахнулся. Он взвился внутри, сразу давай, как обычно, от себя разговор уводить. На меня перевёл, на Хэлу. На сплетни в отряде митара. Я еле сдержал себя. А может надо было отпустить. Все проблемы разом решили бы и девка была бы жива.