А тревога росла, заполняла его, он немного проехал дальше и ещё раз обернулся на удаляющуюся фигуру Хэлы.
Да что ж такое? Кажется это будет невыносимо тяжело.
Глава 16
Милена проснулась от того, что внутри появилась нестерпимое желание. Её прямо таки вывернуло от того, что снилось что-то невыносимо страстное и жгучее как… как… да хрен знает как что.
Милена села, пытаясь унять себя.
В комнату, уже пустую, потому что серые разбежались работать, зашла Хэла, которая вернулась с прогулки со своими монстрами.
— Что такое? — спросила она у Милы, когда увидела её лицо.
— Ничего, — выдавила из себя девушка хриплым после сна голосом и к щекам прилила краска.
— Ну, конечно, — отозвалась женщина и села рядом с ней на кровать. — Давай, что у тебя там во сне случилось или в голове? Вроде похмелья быть не должно — я тебя вчера весьма маленечко напоила.
— Всё со мной хорошо, — качнула головой Мила и увидела на спинке кровати плащ митара.
На неё вихрем налетело воспоминание о вчерашнем, и это возбуждение, которое всё ещё не прошло, заставило неуютно поёрзать.
Хэла рассмеялась.
— Мне тоже такие снятся, всем снятся, ну правда, — проговорила она.
— Что? — в недоумении уставилась на неё белая ведьма.
— Сны такие, сексуальные, — Хэла залилась смехом, — или как сказать — эротишшшные?
— Да ну тебя, — Милена слегка улыбнулась.
— Снятся конечно, детка, я ж живая, мне по-твоему мужика не надо? Или всем тут не надо? Некоторые, вон по углам умудряются пообжиматься.
Милена вспомнила вчера Шеру с Элгором и кажется ещё больше раскраснелась.
— Ты про девочек? Серых? — выдавила она из себя, обводя глазами комнату.
— Ну да, — подтвердила догадку женщина. — Чего снилось-то?
— Я бы тебе не сказала ни за что, но я не помню, — ответила Милена, а Хэла на это снова рассмеялась. — А ты бы рассказала?
— А чего нет, — повела она плечом. — Вот ещё — такое развлечение и осталось. Серым-то можно, если без последствий, и пока не застукал никто, а мне куда… да и кто тут на такую, как я, позарится?
— Шутишь? — Милена уставилась на неё в замешательстве. — Ты шикарная, Хэла! Вон и феран даже от тебя без ума.
— Феран? — чёрная ведьма залилась смехом. Потом помотала головой. — Неужели эти “кумушки с лавочки”, — она сделала характерный жест пальцами ставя сказанное в кавычки, — уже напели? Вот, ей богу, чувствую себя, как дома в старые добрые времена, когда сплетницы-бабки около подъездов попы свои на газетках насиживали и всех чехвостили по чём зря.
— Но ты же говорила, что он тебе нравится, — стушевалась девушка.
— И что? Он мне может хоть тыщу раз нравиться, я и от Брэда Питта в восторге, но где я и где он? — она покачала головой и усмехнулась. — Милка, Милка…
— Брэд Питт он там, далеко, а феран здесь, — заметила девушка.
— Расстояния между нами это не уменьшает, — ответила Хэла.
— Я не понимаю.
— Я чёрная ведьма, — и она стала горестно серьёзной, — я зло во плоти, понимаешь? Со мной близость запрещена, это хуже смерти. Меня казнят за это, уж не знаю как тут — на костре вроде не жгут, но голову определённо отрубят, или ещё чего похуже. Тут такое не прощают.
— Но кто скажет? — вдруг подумалось Милене. Ведь женщину все любили, девушка это видела. — Ты же хорошая, Хэла, ты всем нравишься…
— Нравлюсь, пока в постель к обожаемому ферану не лезу, — покачала головой чёрная ведьма.
— А если он сам захочет?
— Пфф, не захочет, — слегка улыбнулась Хэла. — Есть тут конечно наверное такие господа, кто нервишки себе так щекочут, но уж точно наш феран к этим экстремалам не относится.
Милене стало так тоскливо от этих слов, что на глаза навернулись слёзы, снова дрожью по телу пробежал шёпот Роара и заставил её отчаянно жалеть себя — что за фигня вообще с ней сегодня происходит?
— Но ты другое, — отозвалась Хэла, словно угадывая её мысли.
— Что? — нахмурилась Мила.
— Белая ведьма — это как сокровище, дар… ты не такая, как я. Так что если Роар, — Хэла кивнула на синий плащ, — перестанет ходить вокруг да около — не тушуйся и бери его уже в оборот, боже, — и чёрная ведьма театрально закатила глаза.
— Я? — Милена внезапно осознала сказанное, словно пока женщина говорила, это было про кого-то другого, но вот сейчас пришло понимание, что нет. Это она про Милену. И Роара? — Что? Хэла, ты вообще о чём?
— Да о том, — женщина улыбнулась, но улыбка эта была какой-то по-доброму мягкой, дружелюбной, что ли, не как обычно.