А у витрины Duty Free, словно на смену караула, уже появлялись новые фигуры: бледный японец в идеально помятом костюме и пламенный итальянец, жестикулирующий перед бутылкой граппы. Мир был велик, и алкашей в нем хватало на все широты.
Эпизод 2: «План опьянения №5B»
Мюнхен. Октоберфест. Море пива, лес сосисок и идеальный немецкий порядок. Каждый литр выпит по расписанию, каждый крендель отбалансирован на краю кружки. В этом царстве педантичности, за огромным деревянным столом, сидел Ганс. Перед ним лежал планшет с открытой электронной таблицей под названием «План опьянения №5B». Ганс был бухгалтером. Он пил не для веселья. Он выполнял квоту.
Ровно в 14:00 он сделал глоток из своей литровой кружки.
– Идеально, – пробормотал он, ставя галочку в графе «Первый литр, первые 250 мл». – Температура +8 градусов, пена – 2 см. План выполняется.
Ровно в 14:01 его идеальный мир рухнул. Рядом с ним рухнул на лавку Джованни, итальянец из Неаполя. Он уже был пьян, весел и излучал хаос, как печка тепло. Он обнял Ганса, который окаменел от ужаса.
– А-а, браво, тедеско! – крикнул Джованни, размахивая кружкой, с которой пиво лилось на штаны Ганса. – Какая прекрасная симфония! Музыка пива! Давай пить за солнце, за любовь, за мою тётю Марию!
Ганс отодвинулся, как от природной катастрофы.
– Меня зовут Ганс. И мы не знакомы. И вы нарушаете мой «План опьянения №5B». Вы пролили пиво на мои брюки. Это вне графика.
– Графика? – Джованни посмотрел на планшет с искренним недоумением. – Ты что, календарь пьешь? Пиво пьют сердцем! Смотри!
Джованни опрокинул половину кружки в себя, громко ахнул и начал напевать «O Sole Mio».
Ганс с ужасом смотрел на свое залитое пивом расписание. Его мозг, работающий на принципах бухгалтерского учета, пытался осмыслить этот хаос.
– Вы… вы потребляете алкоголь бессистемно! Это неэффективно! Смотрите: первый литр нужно выпить за четыре подхода с интервалом в 15 минут для оптимального усвоения!
– Оптимальное усвоение? – Джованни хлопнул себя по животу. – Вот мой оптимальный усвоитель! Он работает без перерывов! Давай, друг, выбрось свой компьютер! Живи!
Чтобы доказать свою точку зрения, Джованни схватил с подноса проходящей официантки две сосиски. Одну он сунул в рот себе, вторую – Гансу, прямо в разговаривающий рот.
– Закусывай! Это же поэзия! Поэзия из мяса и специй!
Ганс подавился. Он пытался жевать и одновременно протестовать. В его таблице не было графы «Несанкционированная закуска от итальянца».
– Но… но у этой сосиски неправильный соус! По плану у меня должен быть горчичный, а это какой-то томатный! Это катастрофа!
– Катастрофа? – Джованни вскочил на лавку. – Сейчас я покажу тебе катастрофу!
И он потащил оцепеневшего Ганса в хоровод. Тот шел, как робот, повторяя: «Мой график… мой план… все пропало…». Но через пять минут кружения что-то щелкнуло. Возможно, пиво, выпитое «вне графика», подействовало неожиданным образом.
Ганс вдруг оттолкнул Джованни, снял очки и… полез на стол.
– Аchtung! – закричал он на весь шатер. – Внимание! Объявляю внеплановое веселье! В связи с форс-мажорными обстоятельствами в лице итальянской души, план №5B отменяется! Вводится экстренный протокол «Джованни»! Кричите все: «Prost!»
Он прыгнул со стола прямо в толпу, а Джованни, рыдая от счастья, обнял его, крича: «Вот видишь! Ты же настоящий итальянец! Просто ты родился не в той стране!»
На следующее утро Ганс проснулся с дикой головной болью и с Джованни под каким-то фонтаном. Первое, что он сделал, открыв один глаз, – достал планшет.
– Хм-м, – сказал он хрипло. – Протокол «Джованни» показал эффективность в 147%. Но требует доработки в разделе «Утренние последствия». Вносим правки в план №6A…
А Джованни во сне взялся за голову и прошептал: «Мама миа...».
Эпизод 3: «Путь саке и доллар правды»
Токио. Бар «Тихий камень». Здесь царила почти монастырская тишина. Свет приглушен, звук — лишь шелест циновки да редкий стук фарфора. В углу, на коленях на татами, сидел Йоси. Перед ним стояла крошечная чашечка саке. Он не пил. Он совершал ритуал. Вдыхал аромат, созерцал прозрачную жидкость, медленно подносил к губам. Его опьянение было путем к утрате «лица» и обретению нового, истинного. Это была медитация с градусом.