И, что очень важно, в «Герметиконе» Панов решительно производит замены. Он меняет не только планеты, создавая новые загадки и антураж в каждой книге, нет. Панов лихо рокирует даже жанры. Вот перед вам настоящий приключенческий детектив с элементами социального триллера. А вот вдруг книга жанра «выживание», где снова появляются приключения, но вместо военных они становятся самыми, что ни на есть, похождениями Индианы Джонса. Или, не менее стильно, автор чуть отодвигает героя, выводя на первые роли его подчиненных и перед нами неожиданно появляется блестяще стилизованную под стиль Гая Ричи и его «Карты, деньги, два ствола» авантюрную историю.
П.С: Как же читать цикл, давно переставший быть даже петалогией, но так и оставшийся захватывающим и живым? Все просто: пройдите вот по этой ссылке и увидите цикл «Герметикон» прямо перед собой. И помните, что первым идет «Последний адмирал Заграты».
«Оскол», А. Юм
Найти такой текст на ЛитЭре было также дивно, как вытащить речной жемчуг, сидя с пивком на бережку речки-Вонючки где-то под Большими Малосраками.
Это книга как-бы про Войну. Война, на самом деле, для меня лично есть одна, та самая, где воевали мои прадед, оба деда, два брата бабушки. Все остальное это корейская, вьетнамская, афганская, первая и вторая чеченские войны. Кровавые, страшные, ужасные, но с малой буквы. А Война — она одна.
Почему «как-бы»? Потому как фантастическое допущение и внимание, сосредоточенное на не событиях фронтов в 1942-ом году. Оговорка: это не делает книгу хуже.
Для не любителей «многобукв»: борьба с нечистью во время ВОВ.
Для более вдумчивых: линейный сюжет с вставками о прошлом, делающими книгу совершенно не линейной, тяжелая атмосфера блокадного Ленинграда, «вкусное» ощущение «того» времени, с 1937-го по 1942-ой, отсутствие штампа о «кровавом палаче с усами» с одновременным неодобрением некоторых позиций периода Сталина , специфичное авторское видение «нечистой» стороны и борьбы с ней, интересно прописанные главные и несколько второстепенных героев, хороший, хотя порой и тяжеловатый язык изложения, напрочь не приемлимая авторами «клюква» про СССР и, еще раз, атмосферность книги.
Далее по порядку:
Главный герой, по факту, один. Имеющий определенный опыт сотрудник НКВД Саблин в звании лейтенанта. Либо старшего лейтенанта. На данном моменте авторский коллектив не концентрируется и роли это практически не играет. Герой не является положительным в полной мере, имеет интересное прошлое с почти бандитскими отклонениями в 20-ых годах и при НЭПе, стремление к военной службе, порушенное контузией и восстановленное после финской войны в связи с потребностью в командном составе.
Прописан довольно аккуратно, включая определенные внутренние метания героя, не желающего укладываться в предлагаемые обществом рамки. Отсюда и относительно наплевательское отношение к стукачам, органам исполнительной власти и нормам морали молодого советского государства.
Именно неровный характер Саблина является главным плюсом героя, давая возможность воспринимать его живым человеком и, отчасти, переживать за его судьбу как по ходу чтения, так и ближе к концу книги. Причем, что важно, переживания касаются не «выживет/невыживет», но и его личной жизни. Пусть она, та самая жизнь, в своем пике вполне себе укладывается даже в рамки современных статей кодексов, контролирующих, скажем так, педофилию. Хотя, если вам нравится фильм Романа Каримова «Неадекватные люди», либо вы вполне зрело относитесь к любовным связям, когда мужчине чуть за двадцать, а женщине год до совершеннолетия, то все нормально. Мне нравится фильм Каримова, героиня «ОСКОЛа» в свои годы вполне может быть матерью, так что меня не напрягает. Тем более, герой ведет как правильно воспитанный советский мужчина и, при этом, вполне себе помнит необходимые статьи тогдашнего УК.
Становление Саблина показывается авторским дуэтом с тех позиций, когда даже читателю, любящему современных суперменов из спецназа бурятских боевых пловцов ФСИН ФСБ ФСО военно-морской танковой кавалерии, будет интересен центральный персонаж. Герой-краском, красный командир, настоящий и живой. Он боится, ему бывает больно, он легко может напиться из-за переживаний, он хранит скелеты в личном шкафу, он не стреляет по-македонски и при этом идет навстречу смерти осознанно и спокойно. Потому что «надо», потому что за ним и его товарищам жители блокадного Ленинграда. И никто, кроме каждого бойца РККА, краснофлотца, ополченца, милицонера или нквд-шника, не остановит смерть, рвущуюся к городу святого Петра. Ну, ли к колыбели революции в данном случае. Саблин не герой штампованного боевика. Он обычный человек. И в этом его привлекательность.