Рейневан: главное действующее лицо книги, основной положительный персонаж, самое начало хитросплетения истории и выдумки. Каков он в начале первой книги и на всём её протяжении?
Совсем по-молодому глупый, самоуверенный, романтичный и беспомощный, как лопоухий щенок, юноша. Безнадёжно талантливый медик-магик-теоретик и полу-практик, безвыходно втрескавшийся в Адель фон Стерча вначале и влюблённый в Николетту-Ютту в конце. Заставивший самого себя поверить в благость дела гуситов, как-бы несущее только свет. И сталкивающийся с тем моментом, когда обычная жестокая жизнь показывает ему настоящее.
Не сдающийся практически ни перед чем, наращивающий мышцы тела и души, не бросающий возлюбленных и друзей, совершающий глупости и не жалеющий о них.
Становящийся в конце тем, кем мог стать в начале, нашедший себя и собственную судьбу. Не супермен, подобно Геральту, и из-за этого более настоящий.
Шарлей: тот самый жестокий реалист, которым мог бы стать Рейневан. Бывший когда-то таким же, как он и нарочито подчёркивающий свой внутренний цинизм, при этом никак не становящийся таким, каким хочет казаться.
Человек разносторонний, умеющий с одинаковой грацией обчистить любого, одним махом засадить литр пива, рубануть как следует саблюкой и потрепаться о куртуазной поэзии, либо религиозных догмах.
Ангел-хранитель Рейневана, взваливший на свои плечи, отнюдь не принадлежащие атланту или титану, заботу о главном герое всей серии и терпеливо выручающий его в любой ситуации. И, как мне кажется, делающий это по одной причине, мастерски не раскрываемой до конца автором: нашедший, возможно впервые за всю жизнь, настоящего друга.
Самсон Медок: фигура огра из скандинавских сказок, с головой маленького младенца и интеллект лауреата Нобелевской премии.
Одна из самых загадочных фигур цикла, постепенно мастерски раскрываемая паном Анджеем, притягательная, похожая на того самого «доброго» терминатора Арнольда, который был во второй части фильма Джеймса Камерона.
Свободно цитирующий апокрифы, источники достоверные, прорицания о будущем и логические выводы, а также Данте Алигьери. Потустороннее существо, волей судьбы заточённое в тело человека, и проявляющее такое милосердие и любовь к жизни, какого не встретишь у большой части персонажей.
Прекрасная находка, цепляющая подобно хорошему крючку грамотного рыболова.
Ютта де Апольда (Николетта Светловосая): самый романтичный и светлый персонаж. Про неё можно сказать лишь одно, словами АС: можете ли вы описать любовь?
Господин Грелленорт (Стенолаз), также, как и его Чёрная Рота, также как и епископ Конрад, также как и все прочие антагонисты, которых в книге достаточно, есть очень простое существо - он злодей.
Злодей убеждённый и реалистичный. Ни разу не фанатик религии, скорее фанатик собственного состояния и призвания. Убивающий мечом и магией. Страшный в своём хладнокровии и методах.
Он тесно переплетён с главным воинствующим священником, епископом Конрадом из Вроцлава, что и немудрено, так как является его сыном.
Персонаж злой и могущественный, придающий всей саге особый колорит постоянного ожидания воплей "Адзумус" и появления убийц в чёрном, погибающих лишь после полного расчленения.
Прочих злодеев в книге также весьма много. Это и раубриттеры, и фанатики с обеих сторон враждующих религиозных партий, и убеждённые сторонники того, либо иного местного монарха, ненавистники и преследователи евреев и всяких там еретиков (это отдельная песня). Отдельная потому, что в основе любой подобной ненависти – лежит зависть, порождающая насилие. И это автором показано великолепно.
Жестокая реалистичность того времени, эпохи кровавого позднего практически Средневековья, мракобесия и рек пролитой крови. Образность, созданная в произведении, такова, что картинка складывается моментально, и читатель видит всё, ощущает всеми органами осязания и в какие-то моменты его, читателя, может просто передёрнуть от одной мысли о том, что описанное – БЫЛО.
Громадный плюс книг в том, что они дают чёткое понятие многим любителям подобной литературы, фанатам игр и, самое главное, начинающим авторам, основы знаний о том – как и что было на самом деле. И в первую очередь в столь любимых в последнее время рубках холодным оружием. В данном случае АС, впрочем, как и всегда, на полной высоте.