- Корыто есть, а вот вентилятора нет...
- Ну, не вентилятор, так другое что придумаю.
Зажмурился дед Игнат, удивился... Чего он это дома столько сидел. Вон его солнце сколько пользы людям сделало. А Игнат, хуже, что ли?! Сам начнет ходить, мастерить, где больше помочь нужно. А возвращаться не хочется. Ушло солнце, сама его Ульяна выгнала, а за ним и деда Игната потянуло.
Счастливый задремал Игнат. И казалось ему, что большое солнце спустилось с неба и покатило рядом с ним в трясучей пашкиной телеге.
"КОЛОБОК"
Заскучал дед Игнат. Никто не идет, ничего не просит сделать. Скрипнула калитка вечером, чуть самокрутку, не выронил, думал к нему, но нет, это Васильевна пришла, - человек для него теперь бесполезный. Тосковала бабка у себя в доме, пока к ней квартиранта не поселили. Теперь Васильевну не узнать. Все суетится, все бегает, то булочки печет, то варенье варит, все-то ей хочется получше сделать да все самой похлопотать без изобретений, чтобы своими руками убедиться, что не одной себе готовит, а на двоих. В последнее время она не больше, чем на десять-пятнадцать минут забегала. Да и то вся изъерзается, только бы успеть порассказать последние новости да последними заботами поделиться.
Сегодня Васильевна охала, рассказывала, как картошку ей Валерка помогал выкапывать, да уж так быстро они управились, да уж какая картошка уродилась, и как уморилась она ставить самовар! Головой крутит, на месте не сидит, торопится.
- Давай, с нами чай, - приглашает Ульяна, - но Васильевна будто этого и ждала, вскочила.
- Некогда мне сейчас по гостям ходить, и чашки чая не могу выпить, жаловалась она, а сама так и сияет, так и сияет, - того и гляди Валерка вернется, его по срочному вызову куда-то... - и убежала.
Игнат усмехается: "Повезло Васильевне с квартирантом, а то все одна да одна. Теперь ее и не узнать".
Ульяна молчит - как не слышит, за печь зашла и совсем затихла. Смутился дед Игнат, кашлянул. Молчит Ульяна, даже ворчать перестала. Поднялся Игнат н на цыпочках, потихоньку к себе в мастерскую. Задумался, что же он для Ульяны может сделать? Всем помогает, все довольны остаются, только для нее ничего придумать не может. А что тут сделаешь? Васильевна потому к нему ни с какими просьбами не обращается что у нее Валерка живой есть - заботы и вниманья просит, - Васильевне ничего другого и не надо, готова с утра до вечера за ним ходить... И благодарности никакой не нужно, не то счастье, что он ей платок из райцентра привезет в подарок, - хоть и похвалится она перед другими, - а то, что может она прийти и о своих хлопотах рассказать, о беспокойствах своих, из которых и состоит жизнь человека. А что можно для Ульяны придумать, если ни детей, ни внуков, ни племянников нет у них?!
Рассеянно перебирает дед Игнат оставшиеся детали в ящик заглянул, в углу пошарил, набрал остатков о всех своих изобретений, что неиспользованные лежали, и не спеша принялся мастерить.
Сначала мурлыкать начал, а потом уж и приговаривать, - значит, что-то получалось. Только к утру при шел он в избу: новенькую аккуратненькую "юлу-колобок" на столе оставил, чтобы сама Ульяна догадалась почему он сегодня так долго спать не шел.
Проснулся Игнат от того, что зажужжало в ухе. Помотал он головой и вспомнил, над чем вчера сидел.
Пожужжала "юла-колобок", пожужжала, а потом принялась сказки рассказывать, песни петь. Засмеялась Ульяна. Улыбнулся и довольный дед Игнат и долго сквозь сон слышал, как посмеивалась Ульяна.
Проснулся второй раз - солнце в глаза бьет, полдень, а он все валяется. Вначале и сообразить не может Игнат, что это он так долго спит. Прислушался тишине в доме и догадался, что Ульяна с "юлой" к соседкам побежала. Пусть посмеются!
Сел в мастерской кости погреть. А в воротах Макар топчется, недовольный, мрачный. Вытащил Игнат табачку, знает, дома не больно-то дают Макару покурить, внуков много, сноха за порядком следит, да и бабка ее в этом поддерживает, только у Игната можно полное удовольствие получить. Зажмурился Игнат, сидя на крылечке, день хороший, а Макар что-то сопит недовольно - редко с ним такое бывает, любит он поговорить, до "сути добраться"...
- Что это ты? - спрашивает его Игнат.
- Да вот, только что с Ивановной поругался.
- Что так? - удивился Игнат.
- А как же не ругаться, чего с внуком делает? Баловник растет: то конфетку ему, то в кино тихонечко проведет, - он уже ничего и не слушает.
Чувствует Игнат, что в этот раз Макар не за "суть дела" ратует, а ревнует внука к бабке, вот и придирается. Промолчал Игнат, что сказать можно? Макар тоже молчит, только смущенно самокруткой пыхтит.
Тут и Ульяна показалась, от Васильевны, видно, возвращалась. Думал Игнат, что веселой ее увидит, смотрит, - нет! И не то, чтобы хмурая, а скучная какая-то, будто не самые смешные песни "юла" поет. Занесла она "юлу" в мастерскую, положила ее аккуратно так и пошла в избу...
Макар скоренько за ворота, - думал буря будет. А Игнат даже расстроился, что не ругается Ульяна, как обычно.
Отложил он трубку, поднялся с крыльца и снова в мастерскую. Чего же это он не учел? И поет смешно, и присказки говорит. Подумал, подумал, снова давай собирать остатки от всех изобретений. До вечера возился, - все казалось, что не получится, но когда грозно позвала его Ульяна ужинать, потому что и обедать он не являлся, решил Игнат прихватить с собой и второй "колобок".
Мельком взглянула Ульяна на несуразное его изобретение, из которого все торчит, все непригнанно, - того и гляди развалится - только вздохнула. Пошла к печи, тут-то и выпустил Игнат свой "колобок" - самое бесполезное свое изобретение. Быстро, быстро заковылял "колобок" к печке, обогнал Ульяну, за ухват схватился, не удержался и - вниз! Чуть горшок не перевернул. Ульяна скорей к печке, картошку спасать, но молчит. Подцепила горшок, несет его на стол, а "колобок" уж на лавку забрался и чашки расставить пытается, того и гляди все на пол уронит. Ульяна ахнула любимые ее чашки! - скорей горшок на стол да чашки спасать!
- Ты что, старый, с ума сошел?
- Неувязочка, - говорит Игнат, - чуть-чуть не рассчитал, ты до завтра потерпи, а уж к вечеру я переделаю.
Ульяна губы поджала, руками развела, но ничего не ответила.
Только кашу доели, а "колобок" уж к самовару тянется...
- Ишь, ишь, - кричит Ульяна, - ты куда? Вот я тебе покажу! - чуть не перевернул самовар "колобок". Едва успела, из открытого крана тоненькая струйка уж полилась. "Колобок" голос Ульяны услышит, сразу под лавку шмыг! Ульяна не на шутку рассердилась, давай на деда Игната покрикивать, тот молча чай пьет: со лба пот утирает.
- Да, подожди ты до завтра, говорю тебе!
А до завтра далеко. Может потому дед Игнат к Макару или еще куда пошел, Ульяну одну с "колобком" оставил. Достала она вечером прялку, только отвернулась, "колобок" уж возле шерсти вертится, того и гляди запутает. Ульяна опять на него прикрикивает, какими карами только не грозила, наконец угомонился он, пристроился в углу на лавке и замурлыкал, как сибирский кот. Ласково так, умилительно. Ульяна тоже умаялась к вечеру, как никогда, заснула быстро... Ночь у нее прошла спокойно...
Зато только Ульяна открыла глаза, слышит, кто-то у печи возится. Вспомнила она свой беспокойный вечер и встала поскорее - так и есть "колобок" уже у дров.
- Ну, горе мое! - запричитала Ульяна, - откуда ты только на мою голову взялось!
Давай скорей печь разжигать. А "колобок" снова в другом углу выжидает, прикидывает, что бы натворить. Только Ульяна печь растопила, дом прибрала, слышит, петух голосит.