Раньше моим гардеробом занималась Лада. Как-то очень незаметно это перестало быть ее проблемой.
Но есть Алан Флассер и его «Dressing the Man». Странно, что в списке нет свитеров и водолазок. Где же мне их взять?
Надо купить новый смокинг. Armani или… Ладно, посоветуюсь с Ладой.
BMW передо мной моргнул своим двухступенчатым стоп-сигналом. Я притормозил. Зазвонил телефон. Даша выздоровела. Она приедет в офис.
– Живы? – Даша разглядывала разноцветных рыбешек.
У меня складывается такое впечатление, что они еще нас переживут.
– Живы. Хотя как они могли прожить столько времени без тебя – непонятно.
– А я сегодня последний день.
Только бы она не расплакалась.
Интересно, если ее взять с собой на стадион… Наверняка будет кричать громче всех. Еще и свистеть научится.
– Сегодня День Аэрофлота.
– Да ты что, Даш, серьезно?
Я так удивлялся, как будто не был два часа назад в Управлении авиации и не пожал пару десятков рук в связи с этим замечательным праздником.
Оказывается, кроме управления его отмечают еще некоторые штатские. Даша и ее подруга.
Кстати, в Управлении авиации мне подарили настоящую военную винтовку. Их так Министерство обороны поздравило.
Мне давно не было так весело в два часа дня. С чашкой кофе на столе.
– Даш, неужели мы с тобой расстанемся в такой день? А? Нет, прошу тебя!
– Давай работать.
Маленькая такая, а с характером.
День Аэрофлота. Может, она о летчике мечтает?
– Повторяй за мной: ПРА-ПРЯ, ПРО-ПРЕ...
Я повторял. Мне даже казалось, что в этом бреде есть особый смысл, который мне предстоит понять. А она уже поняла.
– ПРА-ПРЯ, ПРО-ПРЕ.
Она так смешно благодарила меня по телефону за холодильник. Не ахала и не охала. И не визжала. И не льстила. Обычно все делают именно так. Даже Лада.
Она спросила, сколько она должна.
Первый раз в моей жизни.
Обычно девушки подарки и помощь воспринимают как должное.
Захотелось отправить ей всю бытовую технику, которая есть в каталоге магазина «Партия». Или какого-нибудь другого. Но в тот день Лада устроила очередную истерику, и я про свои планы забыл. Жалко. Представляю, как бы она радовалась.
По-хорошему, ей бы квартиру поменять. Еще эта ее подруга.
Велел секретарше решить вопрос по поводу Макаровны. Зачем мне Макаровна?
Радиоведущая шлет sms. Подожду еще денька два, и можно будет сразу в «Палас» везти. Нет, подожду четыре. Чтоб наверняка.
Ужинал с Олегом.
Он сбежал из дома, от всех этих пеленок, детских криков, тупой няньки. Его жена считает, что для того, чтобы в Олеге проснулись отцовские чувства, он должен испытать все трудности, связанные с рождением ребенка. Она постоянно сует ему в руки орущий кулек, который обильно срыгивает ему на новый пиджак.
При этом секс его жену перестал интересовать как некий атавизм.
– Она меня постоянно контролирует, – жаловался Олег, заказывая себе четвертый виски и отправляя бутылку Moet девушкам за соседний стол. – Она звонит мне десять раз в день. Если я на совещании, она думает, что я с девкой.
Натюнингованные девицы в коротких юбках, получив шампанское, улыбались и выставляли из-под стола ноги. Я думаю, в чулках.
– Вась, я приду домой, и мне придется жрать ее ужин. Хотя я и поел здесь с тобой. Но ей это невозможно объяснить. Она устроит скандал и выкинет тарелку в окно.
Силиконовые груди девиц были похожи на футбольные мячи со шнуровкой.
Олег вернулся домой в семь утра. Надеюсь, что к этому времени он проголодался.
18
– Алло.
– Валь, спишь?
– Лад, а сколько времени?
– Девять утра.
– Ты с ума сошла? Я сплю.
– Валь, давай сделаем себе сиськи!
– Сиськи?
– Ну да.
– Давай часа через три созвонимся.
– Нет, давай сначала решим. Будем или не будем?
– У всех сиськи.
– В том-то и дело – у всех сиськи! Скоро лето – купальники!
– Мой муж говорит, что чем меньше у женщины грудь, тем ближе к сердцу она воспринимает действительность.
– Хм…
– А что говорит Влад?
– Да при чем здесь Влад?
– А что тогда?
– Не знаю. Старею, наверное.
– Давай поспим.
– Ну ладно. Некомпанейская ты какая-то.
– Целую.
– Целую.
Приехали криминальные авторитеты. Из провинции. Золотые цепи, пальцы козой. Карикатура на Москву конца 1980-х.
Имеют виды на Димкин завод.
Мы рассказали им про то, что они нормальные ребята. И мы – нормальные ребята. И это – наш завод. Но если они хотят, мы можем замутить что-нибудь совместное. Пусть дают идею. Согласны на любое предложение. Они рады. Завтра они уедут думать. Конечно, ничего не придумают. Извилин не хватит. Не они первые, не они последние.