— Почему Коллин? Вы все его так зовёте. Мы с мамой — просто Николай.
— Коллин Миллер — знаменитый хоккеист. В честь него. У этого имени есть целая история, но это после. Коллин, он знаешь какой? Он был самым старшим из нас. Он дедовщину на корню пресекал в универе. Его уважали. Мы все учились в одном спортивном универе, если что. Только на разных факультетах. Кто из нас старше, кто младше... Студенчество и всё такое. Он разве не рассказывал?
— Нет. Мы раздельно всё время жили. Я с братом и бабушкой…, а мама…
Резко замолкнув, я почувствовала внезапный приступ страха, вызвавший спазм дыхания. Ощущала, будто бывший, находящийся далеко в городе возле беременной жены Кати, смотрел на меня осуждающим взглядом.
«— ты мысленно уже предала меня, а ведь всё начинается с мыслей. А говорила, что любишь».
Тело моментально отреагировало мурашками, пробегающими по спине, вызывая неприятные ассоциации и тревожные мысли. Прошлое напомнило о себе болезненным эхом, вскрывая старые раны и сомнения. Воспоминания о предыдущих отношениях вернулись, вызывая неуверенность. Внутреннее смятение мешало. Ох, как же оно мне мешало.
— Тоня, но вот где ты сейчас? Опять про свою работу думаешь. Твои англичане, они что тебе предлагают?
— Ничего.
Я расширила глаза, мотнув головой.
— Точно? Ты никак переезжать собралась.
— Нет. Конечно. Вот и директор мне об этом перед отпуском опять говорил. Там у них учредители, братья — близнецы. У них шотландские корни. Я их различаю, и мы много общаемся, но исключительно по работе.
— Холостые?!
— Нет, конечно, у одного дети тоже близнецы, а другого просто…, они старые. Не дети… Партнёры. Лет на десять меня старше, а то и больше.
— Вот значит, как? Значит, и я!
— Что ты?!
— Так «вы» или «ты» уже?!
— Ты меня совсем запутал с этими англичанами. Сам ты чего хочешь?
— С этого лета я хочу только одного…
Сергей, улыбаясь, сидел возле меня на корточках, собираясь показать, как можно управиться с лыжными ботинками очень быстро. Он слушал, не перебивая, суть того, что я говорила. А сути, её и не было никакой, если честно. Уезжать я не собиралась, хотя намёки были на открытие нового филиала под Петербургом. Меня в принципе всё устраивало. Только вот…
— Ботинки твои — они мне большие.
— Так это мы быстро исправим.
В его ладонях оказалась моя ступня.
*****
— Я вас заждался! Вот как можно так долго одевать ботинки?! Что не так с ними было?
— Велики оказались.
Я смущённо разглядывала лыжные палки в руках, перчатки. Разглядывала и терялась от мысли, а вернее догадываясь, что по мне видно буквально всё.
Наш поцелуй стал подобен взрыву, сметающему любые преграды и барьеры. Все внутренние ограничения, страхи и запреты разом рухнули. Кажется, весь мир замер на мгновение, прислушиваясь к биению наших сердец.
Лёгкий, сначала. Робкое прикосновение губ перешло в мощный порыв чувств, волнами разбегающихся по телу. Объятия. Энергия затмила разум, полностью захватив контроль над эмоциями и желаниями. Время потеряло своё значение.
Никакого сравнения с поцелуем!
В парке!
Хотелось кричать, как в том фильме: — «поцелуйте меня, Сергей Александрович»!
— Тоня, только аккуратно. Ты следуешь за Мишей. Хорошо? Я рядом.
— А для тебя лыжня? Ты просто по снегу? Он ведь глубокий.
— Обратно пойдём и лыжни будет уже две. Всё нормально, я, конечно же, справлюсь.
Первые шаги дались нелегко. Лыжные палки цеплялись за снег, ноги не могли поймать ритм, равновесие нарушалось. Скользящие движения казались неуклюжими и неловкими, вынуждая нервничать и терять уверенность в себе. Однако падений не было. Это радовало. Страшно было казаться неуклюжей. Но научившись правильно распределять вес тела и контролировать положение ног, я начала получать удовольствие от процесса.
— Замёрзла?
— Нет, пить хочется, — честно призналась я, испытывая сухость во рту и жажду.
Сергей молча протянул мне пластиковую ёмкость с водой, предлагая утолить мучительную потребность. Напиток оказался в меру тёплым. То, что нужно в морозную погоду. Он мгновенно снимал дискомфорт и усталость.
Я жадно делала большие глотки, не обращая внимания на то, как он внимательно следит за моими движениями. Лишь закончив пить, подняла глаза и заметила его внимательный взгляд. Забота и заинтересованность, и ещё что-то в этом взгляде...
Мы молча смотрели друг на друга.
— Ну вы чего опять застыли?!
Миша злился, желая двигаться в привычном для него темпе.
— Как только он детей учит? Они же не могут вот так быстро…