"Приложи ухо к земле, и ты услышишь издалека приближение всадника, стук копыт его коня". Помните, такой способ разведки был в ходу у
североамериканских индейцев, героев Майн Рида. Ушел в прошлое
старинный способ, на смену пришли хитроумные аппараты разведки, техника.
Давно существуют сейсмографы, отмечающие даже отдаленные и
незначительные колебания почвы. Сейсмографы для мирных целей сложны и
довольно громоздки, но чуткость их нужна войне, и она призвала их на
службу. Надо лишь уменьшить размер, чтобы они годились для
передвижения. Такой аппарат создан для английской армии. За пятнадцать
километров он способен услышать не только топот коня, но и шаги человека, даже собаки.
Немало и другой новой техники служит для разведки.
Удивительное достижение ума, проникновение в космос, империалисты
тотчас повернули на военные цели. Господствовать в космосе - значит быть
хозяином на Земле, рассуждают в правительстве и военных кругах США. И
один за другим за пределы земной атмосферы взлетали искусственные
спутники Земли, получившие военное задание.
Спутники-шпионы, спутники для военной связи, спутники для нужд
кораблевождения, для плавания подводных лодок. И чисто агрессивного
назначения - спутники для перехвата спутников других государств. Даже
спутники США, посланные на Луну, имели в числе других заданий - военные.
Наконец, сама Луна рассматривается американскими милитаристами как
идеальная площадка для запуска боевых ракет, как военная база.
По подсказке природы. Электронный нос.
Много чудес сотворила техника, во многом превзошла живую природу.
Никто из птиц не поднимется туда, где летают самолеты, не говоря уже о
спутниках Земли, никакое из живых существ не в состоянии передвигаться со
скоростью реактивного самолета, нет в природе конкурентов у радио по
дальности слышания, у телевизора - по дальности видения. И все же есть еще
чему завидовать, есть чему учиться у природы.
Ни одно судно, ни одна подводная лодка, имеющие могучие двигатели, не
могут перемещаться так быстро, как, скажем, кит, акула, дельфин. Бьются
конструкторы над загадкой скорости, перенимают для кораблей форму тела
морских обитателей, делают поверхность корпуса такой приблизительно, как
у дельфина, - покрывают особой пленкой, чтобы уменьшить сопротивление
воды.
Вязнут колеса в рыхлом снегу, буксуют, не справляются и гусеницы. А
пингвину нипочем заносы, пройдет по любому снегу. Нельзя ли вместо
колесной машины сделать шагающую, как эта симпатичная птица? Оказалось, можно, будет шагающий вездеход. Может, примет он вид боевой машины, может - транспортной.
Присмотрись летом к полету осы. Вот она висит в одной точке, вот
рванулась, переместилась вперед, вновь повисла, вдруг поднялась
вертикально. Ни один летательный аппарат не в состоянии выполнить такой
маневр. Но уже думают инженеры над созданием подобного аппарата, положим,
самолета-истребителя,
необыкновенной
"верткости",
маневренности.
Давным-давно мечтают о том, чтобы сделать боевую технику и живую силу
невидимой для противника. Нечего объяснять, какие это даст преимущества
владеющему секретом! И здесь есть чему учиться у природы, что
заимствовать. У хамелеона, например. Всем известно, какой удивительной
способностью он обладает - окрашивается под цвет окружающего, мгновенно
меняет окраску в случае необходимости. Только что был здесь - и вдруг
исчез! Не отличишь от земли, от травы, от листа, от пола.
А нельзя ли создать краску, как хамелеон меняющую цвет с изменением
внешних условий, чтобы покрывать ею технику, пропитывать ткань одежды?
Можно поручиться, такая краска будет составлена.
Летучая мышь и бабочка, радиолокация и самолет, казалось бы, что общего
между этими двумя парами? С военной точки зрения, оказывается, между
ними прямая связь.
Для летучей мыши бабочка - пища, ночная хищница ловит ее во тьме с
помощью природного локатора. Испуская на лету невидимые лучи, мышь
"нащупывает" летящую бабочку и преследует, пока не поймает. Но некоторых
бабочек природа наделила хитрой защитой - их тело не отражает лучи мыши, а поглощает их, гасит. Мышь не получает отраженного сигнала и не замечает
бабочку. Как это устроено?