Браток зашагал к воротам, потом «включил» бодрую рысь. Думал, наверное, что Степан побежит именно туда. Нашел лоха. Степан свернул влево, промчался по чахлой, размокшей от дождя клумбе, втаптывая жухлые цветочки в жирную грязь. Забор — метра полтора всего, смех, да и только. Такой перескочить — делать нечего, как два пальца…
Он и перескочил. Нет, перелетел, «аки псиса». Ирина оказалась девушкой понятливой, дверцу открыла заранее. Степан плюхнулся на заднее сиденье «четверки», гаркнул:
— Поехали!
Водила джиповый уже был на подходе. И те, первые двое, как раз выбежали во двор, помчались к воротам, спринтерски, будто нормы ГТО сдавали.
Шофер «четверки» испуганно вертел головой, повторяя: «Ребята, ребята, че это, а? Че это?»
— Поехал, тебе говорят! — рявкнул на шофера Степан.
Очухался, тормоз. Так дал по газам, словно его фамилия Шумахер, на хер. Как только его лайба облупленная не развалилась — одному Богу известно.
— Ребят, только не убивайте, ладно? — бормотал истерично шофер. — Деньги возьмите, машину, только не убивайте…
— Да ты очнись, баран! — заорал на него Степан. — Из чего мы тебя убьем? Из пальца? Нужен ты нам! Вон те, в джипе, догонят — убьют. Сперва нас, а потом тебя.
— Ох… Ох, беда-то, — причитал шофер. — Ох, беда… Навязались вы на мою голову… Они же номер запомнили. По номеру-то враз найдут…
— Успокойтесь, — сказала неожиданно Ирина. — Никто вас убивать не станет. Никому вы не нужны. Здесь прямо, а на следующем перекрестке перестройтесь в левый ряд, включите поворотник и ждите.
«Четверка» влилась в поток машин. Центральная улица всегда многолюдна.
— Когда джип подъедет, сверните направо, там арка будет. Под нее и поедете, во двор, — продолжала тем временем Ирина.
— Зачем во двор? — спросил Степан настороженно.
— Дворы там сквозные, а въезды узкие. «Жигули» пройдут, джип застрянет.
— Откуда знаешь?
— Да сослуживец один водить учил, — пожала плечами она. — Я как раз насчет въездов и выяснила.
— Тачку, что ли, ему разбила?
Ирина кивнула.
— «Тойоту».
— Нормально.
Степан обернулся. Джип приклеился метрах в десяти. Телепался вправо-влево, но поток на центральной улице был плотный, особо не разгонишься и не поманеврируешь.
— Ира, — Степан вытянул шею, — ты их номер не запомнила?
Ирина обернулась, посмотрела в заднее окно.
— Грязью заляпан.
«Жигули» как раз подъехали к перекрестку, встали под «стрелку». «Патрол» отделяла от них серая «Волга». Зажегся глазок светофора, разрешающий поворот. Водитель «Волги» рассерженно застучал ребром ладони по клаксону, выколачивая лающий звук. Дверцы джипа распахнулись, и оба наблюдателя рванули к «четверке» прямо по проезжей части.
Степан вбил стопоры в дверцы. Ирина заперла дверцы с другой стороны. Парни уже были рядом с «жигулем». Один рванул дверцу справа, второй слева. Ну да, ну да… на вздохнула. Помолчали тяжко. — Чем твой отец занимается, что на тебя такую облаву устроили?
— Да он… Понимаешь… — Степану показалось, что, стоит ему назвать дело, которым ведает Мало-старший, и их отношения закончатся. Раз и навсегда. Ирина с ним больше даже разговаривать не станет. Не того полета птица. Она своим путем ходит. Ей все эти разборки без надобности. — Бизнесом, в общем.
— А-а, — протянула Ирина. — Ну, раз бизнесом…
Не поверила, конечно. Что это за ответ такой? Бизнесом. Сейчас все им занимаются. Один нефтью торгует, другой — рылом в собесе. Тоже бизнес.
Ирина наклонилась к шоферу:
— Здесь остановите, пожалуйста. Я выйду.
Шофер послушно прижался к обочине, испытав при этом счастье, близкое к оргазму.
Ирина выбралась из салона, хлопнула дверцей, наклонилась к окну.
— Знаешь что, Степа, катись-ка ты… к папе, — сказала и пошла к метро, не оглядываясь.
Степан порылся в карманах и вдруг вспомнил, что денег-то у него нет. После свадьбы не переоделся, а сегодня остался без охраны. Даже взять не у кого.
— Слушай, отец, — Степан почесал лоб, — извини, я деньги… того… дома лопатник забыл.
— Да ладно, — торопливо забормотал шофер. — Какие деньги? Не надо мне ничего… Я так, обойдусь…
— Да? Спасибо, отец. Выручил. Спас, можно сказать… — Степан выпрыгнул из машины. — Спасибо за…
Договорить он не успел. Выдохнув ему в лицо клуб серо-голубого дыма, «жигуль» рванул с места.