- Жень…
- Да нет никакого маньяка! Перестань. Мы сами все придумали, насочиняли. Бедный Дени или кто там.. хрен его знает, общаешься с одним, встречаешься с другим.. черт бы побрал этот интернет с его обезличенностью.
- Не скажи, зато какие возможности, можно быть тем, кем хочешь.
- Можешь, но до каких пор? Ты вот не пошла небось на встречу с Дени, когда он тебя пригласил? Интересно, почему? Не отвечай, и так знаю.
Вика сидела, опустив голову. Она уже не плакала, но лицо стало чужим.
- Да брось ты обижаться на меня, - вспылила Женя, - я же за тебя убью! Еще будешь на меня обижаться!
- Ты права, на правду не обижаются. Жень.. ты считаешь, что я сделала правильно, что не поехала на встречу тогда?
- Не знаю. Честно, не знаю.
- А ты бы как поступила?
- Я? Я бы не стала обсуждать эту тему, сразу сделал б ее табу и объяснять не стала.
- А я вот не смогла так. Играла, представляла, что встречусь с ним.. а потом в кусты. Там и сижу.
Глава 10
В дневнике, которому предстояло пережить своего автора, первые строки появились вскоре после исчезновения Александры Демидовой, четырнадцатилетней внучки Анны Григорьевны Демидовой, которая тяжело переживала случившееся и обрывала телефон в отделение милиции, спрашивая, есть ли новости. В истрепанном дневнике бесхитростным, можно сказать, детским языком рассказывалось о вещах, которые запросто могли быть плодом фантазии обиженного на взрослых, экзальтированного или повернутого на сексе подростка.
20 марта.
"Я пришла домой и увидела его. Он снова настраивал бабушино пианино. Задолбал. Бабушка говорит, что виноваты дети, ученики. Из-за их неумелой игры приходится подстраивать. Но я то знаю, что она врет. Она это делает нарочно, чтобы увидеть его. Интересно, за что она его так любит? Он такой мерзкий, слюнявый, фу".
26 марта.
"Если он еще раз дотронется до меня, я ему дам по яйцам".
27 марта.
"Дала. Орал, как резанный. Бабушка на меня наорала. Да пошла она..."
1 апреля.
"Застала странную сцену. Бабушка гладила этого говнюка по голове и называла его "Мой сыночек". Охренеть. Правда, что ли? Надо будет спросить, но пока не знаю как. Нет, лучше буду за ним следить и за ней".
3 апреля.
"Снова застукала этих голубков. Обалдела, когда услышала, как он назвал ее "Мамочка". Это что ж такое? Меня разыгрывают? Кажется, нет. Спросить не у кого. У бабушки один сын, мойпапа! А этот кто? Может приемный?"
15 апреля.
"Слюнявый говнюк плакал. Бабушка его ругала, говорила ему, чтобы "он больше так не делал, если не хочет оказаться в больнице". Так я и думала, он из психушки. Урод. Снова пытался трогать меня. Я ему пригрозила, что снова дам по яйцам. Отстал".
20 апреля.
"Бабушка нашла мой дневник и сказала, чтобы я больше ничего не писала и выбросила его. Хотела забрать. Я не отдала. Она со мной не разговаривает. Ну и ладно. Так даже лучше. Он приходит часто. Может пианино уже новое купить? Какого фига он торчит у нас? Раньше тоже приходил, но редко. Он не нравился папе. Мама как-то сказала ему, что он ее пугает. Небось тоже пытался потрогать ее. Бабушка расстроилась, но этот придурошный настройщик ее раздолбанного пианино стал бывать очень редко. Хорошо было.... скучаю по папе и маме... "
6 мая.
"Были на кладбище. Годовщина. Бабушка ходила в церковь, что-то заказывала там, говорит, для моих родителей, чтобы им там было хорошо. Звала меня с собой. Не пошла. Злюсь на них. Бросили меня. Зачем они пошли на эту железную дорогу? Бабушка сказала, что это несчастный случай. Не верю".
10 мая.
"Слюнявый говнюк лапал меня. Схватил сзади. Было больно. Он сильный. Я закричала. Вошла бабушка и ударила его газетой. Он закрылся руками. Дебил. Она его прогнала. Надеюсь, больше он у нас не появится".
14 мая.
"Слышала странный телефонный разговор. У нас паралельный телефон. На ночь звук отключается, на всякий случай. Я не спала, думала о родителях. Услышала, как сняли другую трубку. Мне стало интересно, кому в такое время может звонить бабушка. Тихонько сняла трубку, стала слушать. Она позвонила ему! Предательница! Но это ладно, фигня. Я такое услышала, что не спала до утра. Она его ругала. Вроде пропал кто-то из ее учеников. Он сказал, что ничего не знает. Бабушка на него закричала, но потом стала говорить тише, меня боялась разбудить. "Я знаю, что это ты". Она так сказала. Ничего себе... он что, убил кого-то? Я шевельнулась и бабушка заподозрила, что я подслушиваю. Я положила трубку и прыгнула в постель. Она зашла, стояла возле кровати, долго на меня смотрела. Я слышала как она дышит. Потом ушла. Кажется, не догадалась".