Я плотно сжала губы.
— Прости. Я не хотела сваливать всё это на тебя.
— Если бы я не хотел, чтобы ты выговорилась, то не спрашивал бы, верно? — Его губы дрогнули в лёгкой улыбке. — Это как-то изменило твои чувства ко всему?
Я покачала головой.
— Я боялась, что это изменит мои чувства к маме, но этого не произошло. Это было в её духе — жертвовать собственным счастьем, чтобы кто-то другой нашёл своё. В этом случае — это был мой отец. Я зла на то, что мне так долго не говорили правду, и что так долго держала эти чувства к отцу, хотя они были неверными.
— А что насчёт всего этого с мальчиком?
— Что, патриархальное и устаревшее общество аристократии?
— Звучит как новая тема для твоей диссертации.
Я засмеялась, откидывая голову.
— Нет, я уже слишком далеко зашла, чтобы её менять, но эта тема затронется в разделе актуальности.
— Хорошее место для этого.
— Я бы не сказала, что это меняет моё отношение. В конечном итоге, у меня были проблемы с отцом, потому что я думала, что он бросил нас ради новой семьи с мальчиком, который унаследует всё, и эти чувства просто теперь направлены в другое русло. Моя позиция остаётся прежней, и это только усиливает мои чувства к этой ситуации в целом, потому что это всё ещё проблематично.
— Лёгкие разговоры для первого свидания, — пошутил Уильям.
Я улыбнулась.
— Это не меняет моего отношения к этому, и, к сожалению, это никак не меняет того, как я к тебе отношусь. Так что я оказалась в тупике.
— Как ты ко мне относишься, говоришь?
— Не притворяйся. — Я пнула его под столом и посмотрела на свой наполовину съеденный бургер. — У меня есть… неуверенность.
— Кто бы сомневался.
— Уильям! Я пытаюсь говорить серьёзно.
— Извини, извини.
Я посмотрела на него, а он ухмылялся. Он совсем не был виноват.
— Ага, выглядишь ты действительно раскаянным.
— Прости, что я рад тому, что женщина, о которой не могу перестать думать, только что призналась, что чувствует то же самое. Я ничего не могу с этим поделать. — Он указал на свою улыбку. — Продолжай, пожалуйста.
Я вздохнула, потянувшись за своим напитком.
— У меня есть некоторые комплексы, касающиеся отношений. Особенно в нашей ситуации, когда ты унаследуешь титул герцога, а твой дедушка — сноб и аристократ до мозга костей.
Уильям с трудом сдерживал свою улыбку.
— Я знаю, и меня это не волнует.
— И я не могу обещать, что смогу с этим справиться, — предупредила я его. — Может, я не смогу справиться ни через месяц, ни через год.
Его крошечная улыбка не исчезла.
— Я знаю.
— Просто… Эмбер вчера напомнила мне, что люди никогда не жалеют о тех шансах, которые они использовали, только о тех, которые не решились взять. Я не хочу жалеть о том, что не дала тебе шанс, Уильям. И не хочу, чтобы ты стал тем, кто ушёл.
— Грейс… — Он вытер рот и протянул руку через стол, взяв мою руку в свою. — Посмотри на меня.
Я подняла взгляд с наших переплетённых рук и встретилась с его глазами.
— Я не стану тем, кто уйдёт, — мягко сказал он. — Я стану тем, кто останется.
— Ты этого не знаешь.
— Знаю. С того дня, как ты врезалась в меня возле кофейни, я не перестаю о тебе думать. Мы столкнулись тогда не просто так, и я никуда не денусь.
Мой живот сжался от его слов.
— Это может быть нелегко.
— Мне всё равно. Отношения не бывают лёгкими, и я не изменю своих чувств к тебе только потому, что это может потребовать усилий. — Уилл провёл большим пальцем по тыльной стороне моей руки. — Что бы тебе ни было нужно — сбавить темп, начать всё с нуля, не как в мини-версии «Острова любви»…
— Ты смотришь это шоу?
Он тяжело вздохнул.
— Хотел бы сказать «нет». Но однажды я случайно включил его и теперь не могу остановиться — смотрю каждый год.
Я прижала ладонь ко рту, чтобы скрыть смех.
— Это точно не то шоу, которое я ожидала от тебя.
— Ну да, — пожал плечами он. — Видишь? Мы так много не знаем друг о друге. Нас забросило в странную ситуацию, которой мы не могли управлять, но теперь мы можем это изменить. И можем всё делать медленно, снова узнать друг друга, ходить на свидания. Ты задаёшь темп, Золушка.
— Твои желания тоже важны, — заметила я. — Это не может быть только по-моему. Когда один человек диктует счастье другого, это как раз и приводит к таким чувствам, которые у меня есть.
— Если мне что-то не понравится, я скажу. Если буду несчастен, ты сразу узнаешь, — мягко сказал он. — Это улица с двусторонним движением, да, но я не уйду. Дорогая, мы разберёмся с этим вместе, и это займёт столько времени, сколько нужно.