Его бровь дернулась вверх, тень ухмылки играла на губах, когда он слабо рассмеялся. Убрав кудри с ее лба, он смотрел на нее так, словно весь мир вращался вокруг нее. На нее еще никто никогда так не смотрел.
— Ты была бы самой лучшей мамой, Гермиона. Но вместо этого, ты целиком и полностью только моя. Иногда ты даже позволяешь нам спать до половины восьмого по выходным.
Она тихонько рассмеялась сквозь слезы, и попыталась отстраниться, но его хватка усилилась. Его взгляд потемнел на мгновение и опустился к ее губам. Было бы так просто — слишком просто — сократить крохотное между их губами и украсть больше его.
— Увидимся вечером, — выдохнула она и зажмурилась, приходя в себя.
С длинным, покорным вздохом он провел руками вдоль ее предплечий, мягко сжав их, затем выпустил ее из своих объятий и отошел.
— Хорошего дня, милая.
Она исчезла во вспышке зеленого пламени с щемящим чувством в груди.
***
— Мисс Грейнджер! — резкий голос Сисели, источающий ложное дружелюбие, заставил ее подпрыгнуть и перевернуть пузырек с чернилами на ее третью попытку доклада. Смотря, как пятно расплывается по некогда чистому пергаменту, она выругалась себе под нос и повернулась к виновнице беспорядка на ее столе.
— Невыразимая Сандерс.
— Просто зашла проверить! — ее яркая улыбка ослепительно сверкала на смуглой коже, и Гермиона ощетинилась, когда женщина ворвалась в ее маленькое рабочее пространство и начала рыться в вещах на ее столе.
Отчаянно нуждаясь в ложном ощущении равноправия, Гермиона отодвинула свой скрипучий стул и встала.
— Что-то определенное?
Подняв маленькую оловянную выдру со стопки пергаментов, Сисели долго изучала ее, а затем с громким стуком поставила обратно на место.
— Нет, ну, если только есть что-то, что Вы хотите мне сказать, мисс Грейнджер, — ее улыбка стала шире, но от того, что она не коснулась ее глаз, было жутковато: они оставались черными и бездонными — холодными.
Если бы Гермиону спросили семьдесят два часа назад, видит ли она союзника в лице Драко Малфоя или же Сисели Сандерс, у нее бы не возникло абсолютно никаких сомнений. Но лишь несколько часов изменили все, и защитный инстинкт по отношению к блондину, спрятанному в ее квартире, только усилился.
— Что-то ничего в голову не приходит, — Гермиона пожала плечами и пристально посмотрела на женщину перед ней.
Прижав подбородок к груди, Сесили мрачно усмехнулась и резко поднялась, теперь возвышаясь над Гермионой на несколько дюймов. В воздухе витало чувство превосходства, когда она смотрела на ее совершенно прямой нос, от чего по коже пробежала дрожь. Каждый инстинкт в ее теле кричал о том, что нужно сделать хоть что-нибудь — но что?
Сисели открыла рот в готовности выдать тонко завуалированные угрозы, но они обе вздрогнули от неожиданности, когда Гарри ударил ладонью по ее кабинке.
— Гермиона! Пропустим по стаканчику? — опытный аврор, он тут же почувствовал напряжение, и его взгляд метнулся с Сисели на нее. Позади него появился Малфой, натягивающий толстое серое пальто и внимательно следящий за происходящим.
— С удовольствием! — сверкнув глазами на свое спасение в виде двух волшебников, Гермиона быстро взмахнула палочкой в направлении стола. Когда пергаменты были аккуратно сложены и заперты на замок в ящиках, она схватила свой плащ.
— Невыразимая Сандерс… — она вежливо кивнула. — Всегда рада.
В безумии неукротимых кудрей и мантии она пронеслась мимо Гарри и Драко, игнорируя множество странных взглядов, которые получала. Она не могла нормально дышать, пока не оказалась в безопасности лифта, и только тогда жадно втянула воздух.
***
Еще одна пинта была доставлена по заказу Драко, и с долгим, мучительным вздохом она уступила и поднесла ее к губам. Ей следовало вернуться к другому Драко, тому, который наверняка рассердится, потому что она будет позже, чем планировала.
Но этот Драко, казалось, намеревался провести в ее обществе столько времени, сколько она позволит, он лениво положил руку на спинку ее стула, слегка наклонившись к ней. Тео и Гарри сидели напротив них, обхватив друг друга в страстных объятиях.
Уже какое-то время она пыталась поднять вопрос, не поднимая вопрос, и после многих неудачных попыток обойти метко названный Обет-Проглоти-Язык, ей наконец удалось правильно сформулировать его.
— Могу я задать вам вопрос? — начала она почти заговорщицким тоном, наклоняясь вперед. Все трое кивнули. — Какой властью обладает Отдел Тайн? Они, скажем, превосходят Отдел Магического Правопорядка?
Гарри поморщился, покачав головой.
— Ну, я даже не знаю, как на это ответить. Дело не в том, что они стоят выше нас в какой-либо иерархии, просто характер их работы предполагает приоритет. Мы задерживаем правонарушителя, но они заберут большую часть улик.
Возмущенно фыркнув, Гермиона подавилась пивом и отставила его обратно на резной стол.
— Почему?
Трое мужчин обменялись скептическими взглядами, нахмурив брови в безмолвном разговоре, но заговорил блондин слева от нее.
— А почему нет? Допустим, существует артефакт, вызывающий ложное чувство, я не знаю, эйфории или любви. Невыразимцы изучают такое, поэтому мы немедленно передаем его им для исследования. Затем ОМП, получив подтверждение от Отдела Тайн, сможет представить улику перед такими прекрасными адвокатами, как наш Тео.
Тео усмехнулся в свой стакан и наклонил его в ее сторону.
— Мне любопытно твое внезапное увлечение Отделом Тайн, Грейнджер. Хочешь чем-то с нами поделиться?
Она открыла рот, но слова никак не хотели вырваться наружу, поэтому она быстро сжала губы, нахмурившись. Гарри захохотал и приобнял Тео за плечи.
— Она дала обет, милый, и не может говорить об этом с недостойными, как мы.
Долгое время глядя на друга, Гермиона наконец придумала другой вопрос, который казался достаточно безобидным.
— Хорошо, кто тогда курирует Отдел Тайн? Они же не могут просто так обладать огромной безграничной властью.
— Невыразимая Сандерс курирует Отдел Тайн, — ответил Гарри, пожав плечами.
— Правильно. Но кому подчиняется она?
— Грейнджер, это Отдел Тайн, — Драко сделал большой глоток виски. — Никто не знает, что там происходит. В этом, собственно, и смысл.
— В этом, собственно, и проблема! Никто не должен иметь доступ к каждому отделу, передвигаться незаметно и без контроля. Кто-нибудь когда-нибудь задумывался о том, что там может быть какой-то уровень коррупции? У них есть доступ к вещам, о которых остальная часть волшебного общества не может и мечтать, и никто даже не догадывается.
Гарри и Драко обменялись долгим многозначительным взглядом, и оба наклонились к ней, обеспокоенно подняв брови.
— Гермиона, если тебе нужно нам что-то рассказать…
С тихим рычанием Гермиона убрала локоны со лба и подняла лицо к тусклому свету над головой.
— Но я ведь ни черта не могу сказать. И я… меня это просто бесит, вот и все.
В самом странном порыве нежности Драко положил руку ей на плечо и большим пальцем начал выводить небольшие успокаивающие круги. Оставив недопитую пинту пива, Гермиона вскочила и схватила свой плащ, не обращая внимания на мягкий стук его руки по сиденью, которое она только что занимала. Судорожно моргая, она сунула руки в карманы в поисках галлеонов.
— В любом случае, мне действительно пора идти. Сколько я должна за выпивку?
— Нисколько, — Тео слегка улыбнулся ей, и Гермиона беззвучно его поблагодарила, развернулась и бросилась к выходу из паба.
Свежий октябрьский воздух наполнил ее легкие, и Гермиона остановилась под легким моросящим дождем, чтобы успокоить дрожащие нервы. Она все глубже погружалась в невозможную ситуацию, не имея возможности выбраться или, черт возьми, даже попросить о помощи. Чем больше она начинала понимать и даже верить в мотивы Драко Малфоя из будущего, тем ближе к ней пытался быть тот, что был в настоящем. Он был повсюду, все время. Слегка касаясь рукой ее спины и смотря на нее, как будто она была… ему важна.