Ага, а ещё им тачки не разбивают.
Сделав вид, что не имею к происходящему никакого отношения, натягиваю капюшон поглубже.
— Вот что творит… — то ли восхищённо, то ли раздражённо восклицает водитель.
Сжимаю зубы и из принципа не смотрю.
— Может, ему что-то надо? — влезает кто-то из пассажиров.
— Интересно, что может понадобиться здесь типу на такой машине, — завистливо вздыхает другой.
Я ничего не слышу. Я ничего не вижу. Я…
Вздрагиваю от раздавшегося звонка — слишком громкого для салона автобуса. Номер незнакомый, но кому это.
— Да! — рычу, отворачиваясь к окну.
— Какой, говоришь, адрес? — интересуется Ирбис.
Голос на удивление чёткий, хотя по минимальному эху понятно, что он говорит через блютус.
Вдыхаю, выдыхаю сквозь зубы.
— Садовая, 15.
— Навигатор показывает сорок минут. Желаю приятного путешествия, Строганова.
И отключается.
Вот с-с-с…
Весь салон вдруг взрывается восхищённым ва-а-у-у. Меня это так злит, что руки потряхивает, когда я набираю номер. С третьей попытки удаётся ткнуть куда надо.
— Ты!
— А кого ты хотела услышать?
— Что ты делаешь?
— Еду. На Садовую, 15, — как ни в чём не бывало отвечает Ирбис.
— Со скоростью десять километров в час?
Серьёзно, от меня сейчас можно прикуривать.
— Семь, — поправляет он. — А что, ты куда-то торопишься? Я люблю наслаждаться видами по дороге. Смотри, какой куст слева…
Рефлекторно бросаю взгляд влево, вот только там не куст, а до бешенства знакомая машина.
Водитель автобуса, обрадовавшийся было, что может ехать, нажимает на газ. И снова с проклятиями тормозит.
В этот раз мне видно, какие финты исполняет Ирбис, не жалея шин. Ни один нормальный водитель такого не умеет, но где нормальные, а где Ирбис.
Прикрываю глаза, чувствую, как хрустит на зубах сломанный хребет моей гордости. Но ехать так и дальше… это издевательство.
— Остановите, пожалуйста, я выйду, — обречённо.
— Но девушка, здесь нет остановки, — пробует возмутиться водитель, но…
— Быстро тормози! — рявкаю на весь салон.
Свистят шины, пассажиров бросает вперёд. А я практически ненавижу себя. Ненавижу, но всё равно выхожу, встречаясь взглядами с Ирбисом, который вышел и теперь расслабленно стоит рядом с открытой водительской дверью.
Глава 13
Пассажиры прилепляются к окнам, пока я иду к машине.
— Добился своего? — цежу сквозь зубы.
Открываю рывком заднюю дверь, с силой бросаю туда рюкзак, хлопаю так, что даже немного совестно перед машиной. Ей сегодня и так со мной не везёт.
— Ещё нет, — улыбается Ирбис. — Прошу…
И пошире открывает водительскую дверь. Смотрю на неё, на него.
И, наконец, понимаю.
— Ты — псих, — даже легче становится.
Подумаешь, у каждого свои отклонения. Просто у кого-то они совсем кривые.
— Если тебе так проще, — хмыкает он.
Мы стоим на шоссе, ведущее в город, прямо на полосе, посреди леса. За нами так и стоит автобус с любопытными гражданами. Ветер налетает порывами, забирается мне под худи.
Поёжившись, делаю два шага вперёд, задираю голову, чтобы посмотреть ему в глаза.
— Ненавижу тебя.
В этот раз без слёз, криков и истерик. Факт. Спокойный, равнодушный.
— Хочу тебя поцеловать.
И всё моё самообладание опадает пеплом.
— Ч-что? — сиплю.
Обычно насмешливый, балагурный взгляд вдруг становится тяжёлым, голодным.
— Ты слышала, Строганова.
Смотрю на его губы и невольно сглатываю. Слишком шумно.
Он не приближается, не касается меня и краем одежды, а мне всё равно трудно дышать.
Жарко, почему здесь так жарко?
— За руль, — кивает он на открытую дверь.
И в несколько секунд занимает пассажирское сиденье. Так что у меня просто не остаётся другого выбора.
Хлопаю дверью, оставаясь по эту сторону. Кулаки сжаты добела, зубы… скоро мне придётся ехать к стоматологу. От полноты долбанных чувств пинаю колесо. Раз, другой.
Хочется взять руками машину вместе с Ирбисом, смять до размеров футбольного мяча и ка-ак пнуть, чтобы больше ни за что и никогда…
Р-р!
Не помогает. Ни черта не помогает.
Открываю дверь так, что, будь я Халком, она бы уже летела над лесом. Выдыхаю последний раз сквозь зубы, на Ирбиса из принципа не смотрю. И максимально аккуратно сажусь.