Лапочка поднимает бровь. И есть ощущение, будто она видит если не прошлое, то вдруг догадывается обо всём, что происходит между нами с Ирбисом.
Обо всём лишнем.
— Тебе конец, — констатирует она и всё-таки переводит взгляд на Ирбиса.
Только он уже ни разу не холодный. Столько ехидства, сколько в нём, я не видела ещё ни у кого. И всё это на лице ангельской красоты.
Щёлкает предохранитель, пистолет отправляется обратно в ящик. На стол ложится букет, и встаёт пакет. Не глядя, Лапочка убирает пакет под стол.
— Ты с двух шагов не попадаешь в мишень, — вздыхает Ирбис. — И мы оба это знаем. Знакомься, Строганова Алёна…
— Ивановна, — усмехается Лапочка.
Огромный бирюзовый камень обручального кольца отбрасывает блики при малейшем движении. На белых стенах это смотрится особенно красиво.
— Знакомы. Громов прибьёт тебя, Ирбис, — качает она головой. — Он сам будет разбираться с этой тварью, и помощники ему не нужны.
— Мне тоже, — ужесточается Ирбис.
И я вдруг перестаю узнавать в нём привычного насмешника. Снова. Столько масок, сколько у него не вывозил ещё ни один человек. И как показала реальность, он ими обзавёлся не от хорошей жизни.
Сердце щемит, я потираю место рукой.
— Мальчики такие мальчики, — кривится Лапочка. — Подеритесь ещё. Нам же мордобоя в здании мало.
— Мы можем уйти на парковку, чтобы не портить твоё чувство прекрасного.
Они общаются так, словно ненавидят друг друга, но любят. Абсурд. С одной стороны, а с другой — очень похоже на отношения брата с сестрой. И сестра явно старше.
Лапочка громко и показательно фыркает.
А потом шлёпает в сторону Ирбиса чёрной папкой с файлами. Она выглядит инородно в белой обстановке.
— Обожаю тебя, Лапа! — выдыхает Ирбис, мельком просматривая первый лист.
— Угум. Может, чаю?
Заторможенно осознаю, что это она уже мне. Я слишком увлеклась их пикировкой и её интерпретацией.
— Или переодеться? — поднимает бровь Лапочка.
Чувствуется, что ей весело.
— А мне стоит переодеться? — копирую её выражение лица.
— Зависит от того, куда тебя потащит Ирбис, — легко пожимает плечами лапочка и откидывается на спинку кресла.
Стоять надоедает. Я прохожу к столу, присаживаюсь на него боком.
— Классная куртка, — громко шепчет Лапочка.
— Ты покупала? — также отвечаю ей.
Звонкий, мелодичный смех украшает приёмную. Лапочка окидывает взглядом Ирбиса, переводит взгляд на одну их дверей, ведущий их приёмной.
— Обожаю я вас, ребята. Умеете вы находить себе приключений на член.
— Мила! — рычит Ирбис.
— А в чём я не права?
— Мила?
— Мой батюшка перед тем, как застрелиться, проявил фантазию, — скалится она.
Нутром чувствую, как под оболочкой ангела прячется стальной характер и явно непростая судьба.
— Громова Милана Абрамовна, — представляется она и протягивает руку, которую я с удовольствием пожимаю.
Если вначале я ревновала Ирбиса к Лапочке, то теперь вижу, насколько бесполезное это занятие.
— Очень приятно, — улыбаюсь.
И получаю лучезарную улыбку в ответ.
— Барс приехал?
Ирбис заставляет нас вспомнить, что он все ещё здесь. Хотя я, кажется, чувствую его уже на уровне инстинктов.
— С утра здесь. С гостем. Твой парнишка?
И при её “парнишка” у меня без предпосылок почему-то темнеет в глазах.
Лапочка…
Глава 33
— О чём она?
Голос хрипит и дрожит одновременно. Поворачиваюсь к Ирбису, но он только хмыкает.
— Понятия не имею, — и снова увлекает меня к лифту.
Я скрещиваю руки на груди, чтобы не видно было, как они дрожат.
Двери закрываются, Ирбис нажимает пятый этаж, нас плавно поднимает. Мы молчим. Мне нечего сказать, всё моё существо тянется к Даньке, а мурашки курсируют по рукам. Что там у Ирбиса и вовсе не понятно.
Мелодичный перезвон. Двери с тихим шелестом медленно открываются.
Глухие удары, окрики, смех — всё это наполняет лифт вместе с охлаждённым кондиционированным воздухом.
— Тренировочный зал, — поясняет Ирбис в ответ на мой взгляд.
И жестом предлагает мне выйти первой.
Мне только тренировочного зала для полного счастья не хватает.
Морщусь, но всё-таки вступаю на странное прорезиненное покрытие. Оно пружинит под ногами и укрывает весь огромный… зал? Помещение? Местами на покрытии лежат большие маты, одна из стен закрыта зеркалами, посередине огромного помещения ринг… даже два. В самом дальнем углу тренажёры, шведская стенка и что-то ещё, чего отсюда не видно.