Пожав плечами, смерив нас ещё одним подозрительным взглядом, Данька уходит.
Идей, как выбраться отсюда по-прежнему ноль. Но для начала неплохо бы проверить, в самом деле Барс уснул или нет. И мне приходит самая позорная, напрочь отбитая идея, как это сделать.
Глава 46
Если Ирбис узнает, я себя прибью.
Руки начинают трястись ещё сильнее, мне тупо страшно представить реакцию Ирбиса на эту мою выходку, если кто-то узнает. С другой стороны, притворяться Барс точно перестанет, если, конечно, этим и занимается.
Заметный прогресс — теперь я прикидываю, как отреагирует Ирбис на то или иное.
Хмыкнув, всё так же за ножку ставлю рюмку Барса на стол. Выдыхаю, чтобы решиться.
И не решаюсь.
Ну рука-лицо же.
За собственную нерешительность стыдно.
Прикусываю нижнюю губу до боли и… всё-таки кладу ладонь Барсу на грудь. Дикое желание убрать руку, отодвинуться и вообще больше не здороваться ошпаривает мозг. Зубы сильнее сдавливают губу, чувствую солёный привкус во рту.
Под моей ладонью гладкая, прохладная кожа и спокойный, размеренный стук сердца. А перед глазами взгляд Ирбиса, от которого краснею, как дура, вся: от макушки до мизинцев на ногах.
Вот же! Знала бы, что влюбляться настолько вредно для психического здоровья, ни за что и никогда бы…
Себе-то не ври.
— Чёрт! — шёпотом.
А рука-то всё ещё лежит на груди Барса, который никак не реагирует на вторжение в личное пространство. Пульс не ускоряется, никаких лишних выдохов и вдохов, сердце работает в спокойном, даже чуть замедленном ритме.
Вот же идиотка.
Фух.
Да и ладно, никто же не узнает. Главное, чтобы любопытный Данька снова не выглянул со второго этажа.
Зажмурившись, снова прикусив губу, веду ладонью ниже. Щёки, уши и шея пылают так, что хуже некуда. Я буквально горю стыдом и ужасом. Но всё равно скольжу по выпуклым мышцам пресса и ниже, к штанам.
Чтоб вас всех! Что, сложно было просто выпустить меня?
А я спросила, выпустит ли? Нет. Да и зачем? Надо быть полной дурой, чтобы думать, будто Барс вот так возьмёт и отпустит меня на четыре стороны, пока Ирбис непонятно где и, к тому же, явно приказал заточить меня в данной конкретной крепости.
Рука непроизвольно сжимается, Барс вздыхает, я застываю сусликом. Тут же разжимаю руку, чтобы ногти не касались кожи.
Штирлиц ещё никогда не был так близко к провалу.
Отец любил этот фильм, в то время как я смотрела его с ним просто потому что это был способ провести лишнее время вместе. Но некоторые места запомнились.
Отвлечённые мысли помогают, я касаюсь пальцами резинки домашних штанов и отдёргиваю руку. Отскакивая подальше от кресла как ошпаренная и в принципе готова пробить лбом даже бронированное стекло. Лицо пылает, я вся тоже. Слов нет.
Боже, я всего лишь коснулась мужчины, а такое чувство, как будто поучаствовала в оргии. Нет уж, к черту всё это.
Но несмотря на весь пережитый спектр далеко не самых приятных эмоций, взгляд продолжает отслеживать реакции Барс. И её нет, если не считать одного короткого вздоха и головы, что перекатилась на другую сторону.
Отлично. Он в самом деле уснул. Может, и правда это его особенность? Кто знает.
Взгляд перескакивает на пах, а в следующую секунду я зажимаю ладонями глаза и отворачиваюсь.
Господи, вот идиотка. Собираясь побиться лбом о стену, останавливаюсь в последний момент. Если он так быстро засыпает с одной рюмки, нет никакой гарантии, что и просыпается с другой скоростью. А мне всё ещё надо отсюда выбраться.
Фух. И чего дёргаюсь? Никакой реакции нет: никаких мурашек по коже, ноль движения, и ниже… ниже тоже ничего. Иначе я не знаю, как смотрела бы в глаза Ирбису. И Барсу.
И вообще всем.
Осталось придумать, как выйти из квартиры, найти Ирбиса и решить, наконец, что делать дальше. В конце концов, он пострадал по моей вине, а такого моя совесть не выдержит.
Только как выйти? Как…
Мозг, не иначе как перезагрузившийся от запредельных эмоциональных качелей, вдруг подкидывает картинку, как Барс открывал двери в квартиру. Получается, что мне надо просто попасть в этот бункер, до которого две двери: одна достаточно обычная, закрывающаяся обычным замком, а вторая стеклянная отпечатком.
Отпечатком.
Взгляд сам собой падает на злосчастную рюмку.
Нет. Это невозможно. Я совсем рехнулась, что ли?
Но выходит, что да. Вспоминая все шпионские фильмы, просмотренные с отцом, я ищу в кухне скотч и, что удивительно, нахожу. Отрезаю приличный кусок и возвращаюсь в гостиную, чтобы провернуть самый идиотский план в жизни.
И я не то чтобы совсем без головы. Прекрасно понимаю, что подобные фокусы хороши для Голливуда, но никак для реальной жизни. И всё равно аккуратно заклеиваю место, где должны были быть отпечатки Барса. Жду пару секунд и ме-едленно отклеиваю скотч.