- Да. Вы не покинете эту башню, пока не вернется ваш брат. Все удобства для вашего нахождения будут вскоре созданы, не волнуйтесь…
- И я не могу видеться даже с матушкой? – перебила все таким же дрожащим голосом Хелена. Она смотрела на Кристофера широко раскрытыми темными испуганными глазами. Винтервальд невольно ощутил укол совести.
- Ваше Высочество… король выразился достаточно ясно. Вам разрешено общаться лишь с вашей личной служанкой.
- Вы… - взгляд внезапно изменился. Теперь вместо трогательного крольчонка на юношу смотрел дикий черный котенок со вздыбленной шерстью.
- Вы хотите обвинить меня в своих несчастьях? – вскинул бровь Кристофер, - Ваше Высочество, в том, что сейчас с вами происходит виноваты лишь вы. От начала и до конца.
- Как вы смеете так со мной разговаривать?! – девушка тряхнула черными, как смоль волосами и топнула ножкой. Кристофер криво усмехнулся. Подобная сцена в нынешних обстоятельствах вызывала лишь смех. Пышное дороге платье персикового цвета выглядело нелепо в антураже голых каменных стен старой продуваемой ветрами башни.
- Я наместник Его Высочества Дамиана. И в его отсутствие, дворец и вся Старая Столица находится под моим управлением.
- Вы просто… - задохнулась от его самодовольной ухмылки девушка, - наглец!
- А вы – инфантильная, наивная дурочка, что повелась на смазливую мордашку.
Повисла тяжелая тишина. Ошарашенная такими неприкрытыми оскорблениями, Хелена смертельно побледнела, уставившись на спокойно созерцающего его высокомерного лорда.
- Вы… вы…
- Вы ведь даже ничего не знали об этом хлыще, не так ли? – перебил заикающуюся от обиды принцессу Кристофер. Он не собирался жалеть эту фарфоровую куколку, выросшую в окружении ее маленького справедливого мирка, не имеющую ни малейшего представления о реальной жизни.
- Ваша матушка и ваш брат разбаловали вас. Вы были окружены вниманием и льстивыми речами слуг и вассалов. Настало время услышать правду. Салты – крупные торговцы, ведущие дела с огромным количеством дельцов во всему миру. Их состояние в золотом эквиваленте даже больше, чем королевская казна. Каждое поколение этой семьи умножало свое богатство. А вот с репутацией у них все не так радужно. Темные махинации, подтасовка результатов голосования на совете в торговой гильдии, устранение конкурентов радикальными способами… и, конечно, слухи об их наследничке. Филиан Салт известен тем, что является повесой и волочится за каждой юбкой, если ее хозяйка чуть старше двенадцатилетнего возраста. Количество его пассий в Новой Столице перевалило за два десятка. И это лишь те, кто относится к аристократии. А симпатичных служанок побывавших в его постели не счесть.
По мере рассказа Винтервальда, лицо Хелены становилось все бледнее, пока, наконец, не приобрело болезненно-зеленоватый оттенок. К горлу подступил ком, а глаза снова стали наполняться слезами.
- Вы лжете… - прошептала принцесса, сжимая пальцами ткань дорогого наряда, - вы…
- Вы наивны и молоды, - холодно отозвался молодой мужчина, - но даже это не оправдание вашему поступку. Одно дело, что вы оказались втянуты ввиду своей неосведомленности в грязный романчик, другое – что вы использовали темную магию на одном из аристократов. Когда ваш брат вернется, он решит вашу судьбу. А до того времени… подумайте над своим поведением, Ваше Высочество.
Глядя вслед вышедшему лорду, Хелена ощущала лишь горечь и опустошение. Ее маленький уютный мирок рушился, больно раня осколками.
- Госпожа! – запыхавшаяся молодая девушка, на вид чуть старше самой Хелены влетела в комнату, практически сразу после ухода лорда.
- Что наговорил вам этот противный тип?! Я встретила его спускающимся по лестнице! Каков нахал! Юной девушке нельзя оставаться наедине с мужчиной!
Полыхая праведным гневом зеленоглазая светловолосая фигуристая девушка стала споро раскатывать перед кроватью пушистый толстый коврик.
- Моей репутации навряд ли что-то повредит теперь, Лина… - Хелена снова почувствовала, как ей неумолимо хочется разрыдаться.
- Ох, госпожа! Не слушайте его! Я и Ее Величество всегда на вашей стороне! -служанка подбежала и крепко обняла поникшую девушку за плечи.
Лина была представлена Хелене, когда той было пять лет, а самой маленькой служанке всего семь. Они росли вместе и, конечно, стали лучшими подругами, несмотря на различия в статусе. Лина была искренне предана своей госпоже и всегда находила нужные слова для ее утешения. Но сейчас, гладя по спине, безутешно плачущую принцессу, бедная служанка могла лишь тихонько приговаривать, что все будет хорошо, да качать головой. Она не знала, как помочь своей хозяйке.