Отец считал, что женщине ни к чему иметь образование, ведь их доля состояла в поддержании рода, да в воспитании, а этому научиться можно было и без дорогих книжек и наемных учителей.
- Начитаются своих дурацких романов, забьют свою голову верой в истинную любовь, а потом сидят в девках старые и никому ненужные. Потому что ждут, что все будет как в этой убогой писанине – принц прискачет на белом коне и увезет в свой замок, весь такой из себя красивый и с глубокой душой. Тьфу! – говорил он, в очередной раз заметив у Истер книгу в руках. – Если ты не выберешь себе жениха из тех, кого мы с матерью выбрали для тебя, тогда я самолично тыкну пальцев в любой портрет и выдам за него. И хочу напомнить тебе, голубушка, фортуна в таких вещах всегда не на твоей стороне.
Агесс же, мать Истер, хоть и соглашалась с мужем, то и дело всячески способствовала обучению дочери подкладывая в потайной карман платья дочери на пару монет больше, игриво подмигивая. Женщина никогда не вступала в открытый спор с мужем, но и не принимала на сто процентов его сторону во всем что касалось воспитания их единственной дочери.
Истер и дня не проработала и была полна уверенности, что этого никогда не случится. Если не удачный брак, так приличный счет в банке ее семьи мог обеспечить безбедное существование на три жизни вперед.
И вот, сейчас, стоя в маленькой ванной комнате, с потресканой плиткой на стенах, она наконец-то полностью осознала, что эта жизнь ждет ее на ближайшие пару лет.
- Черт… - шепотом проговорила она, сжимая руку на краю раковины. Сделав пару глубоких вдохов и медленных выдохов, сердцебиение успокаивалось. Нельзя было позволить матери увидеть на своем лице ни единой дурной эмоции, в такой ситуации непросто было всем и расстраивать ее ни в коем случае нельзя было.
Быстро попрощавшись с мамой, Истер выбежала из квартиры и чуть не врезалась в соседку.
- Доброе утро, мадам Джордиз! – она даже не посмотрела на женщину, пронеслась по ступенькам вниз и выбежала на улицу. Воздух даже в такую рань, уже начинал нагреваться.
- Опять эта девчонка летает как угорела, - пробурчала себе под нос мадам и направилась в квартиру к Агнесс, для утреннего ритуала.
Первая неделя пребывания в Касо далась не сказать, что сложно, однако по-своему напряженно. Каждый день она вместе с матерью бегали по разным мастерским, где могли пригодиться умелые руки портнихи, с выточенными навыками за долгие годы работы. Если Агнесс смогла на вторые сутки пребывания в городе найти себе работу, то ее дочери пришлось намного тяжелее. Никто не желал брать в подручные неумелую девицу, а потому чуть ли не в каждой лавке та слышала отказ.
Эта таверна, в которой теперь хлопотала Истер, принадлежала замужней пожилой паре, знакомым Дорис. Хозяйка постоялого двора, в котором на первое время остановились женщины, любезно помогла устроиться хотя бы разносчицей, до тех пор, пока девушка не сможет подыскать что-то получше. Так что, уже к началу второй недели семейство Вайлер была при деле.
Когда Истер пришла сюда, ее встретила невысокая женщина в летах и такой же белесый мужчина повыше. Они любезно показали и рассказали, где что лежит и проинструктировали, что делать в разных ситуациях. Все же гости здесь бывали разные...
- Вайлер, ты опять забыла гостям принести приборы! – Истер встрепенулась. Стоя и натирая до блеска посуду, она впадал в некий транс и не сразу услышала, как ее окликнула хозяйка. – Они же не животные в конце концов и предпочитают есть вилкой, не руками.
Мисс Могрейн указала рукой в сторону изрядно подвыпившей кампании, которым девушка принесла совсем недавно горячее.
- Прошу прощения, мадам. Сейчас исправлюсь.
Истер взяла до блеска начищенные приборы, по одному набору на каждого сидящего за столом, и отнесла гостям, параллельно извиняясь перед ними за оплошность.
- Ничего страшного, дорогуша. Ик… - мужчина, с залысинами на затылке, шлепнул девушку по попе и загоготал. – Ты присаживайся, присаживайся.
- К сожалению, я сейчас на работе, поэтому не могу принять ваше приглашение. – сквозь сжатые зубы процедила она, продолжая дежурно улыбаться и отодвигаясь подальше от шаловливых рук клиента. Она собиралась уже вернуться на свое место и продолжить натирать бокалы, когда этот же самый мужчина, вытерев заляпанные в жиру руки об свою не менее чистую рубашку, схватил ее за локоть.
«Они все же ели руками! Ну и зачем я приносила им приборы? Только зря перевели чистые наборы.» - подумала про себя Истер, однако в слух ничего не сказала, стараясь сохранять медленно утекающее сквозь сито, спокойствие. С этой работой терпения с каждым днем становилось все меньше и меньше.