Даже гадать не нужно было, чем мог закончиться этот вечер для его друга, а потому не мешкая, после ужина в поместье Эрмин, направился прямиком сюда. Настроение оставляло желать лучшего.
Отправляясь в плаванье, он ждал, что город будет полон разных красавиц, которые смогли бы помочь скоротать одинокие вечера. Ох, нужно было видеть его лицо, в тот момент, когда до него дошло, что Касо не столь огромен, как Флеур и в корне отличался контингентом.
- Придется тебе рукоделием заниматься, - похлопал его по плечу Тео, под громкий хохот, первым спускаясь на деревянный мостик.
- Ты знал и все равно потащил меня с собой! – в гневе крикнул вслед Серам, попутно выискивая глазами, чем бы можно было кинуть в него. – Чуял ведь подвох и все равно повелся как дурак.
В женщинах он находил маленький клочок спокойствия, быстро ускользавший ранним утром, с последними дольками возбуждения. Он не боялся совсем остаться без их тепла, признаться честно, мог бы обойтись и рукой, сняв по-быстрому напряжение. Серам страшился оставаться один на один с мыслями, о том, что он когда-то натворил, и от чего руки навсегда были запятнаны. И оставшись без спасательного якоря, каждый его вечер превращайся в ад.
Будь мадам Эрмин хоть с десяток лет помоложе, он бы прыгнул в ее постель, на пару ночей, но в действительности все было хуже. Глубокие морщины, не скрываемые даже самыми действенными мазями, говорили о ее почтенном возрасте, когда платья должны быть более закрытыми, не оголяя пигментированные старостью участки кожи. Она же делала все наоборот, выставляла на показ дряблую грудь и без стеснения прижималась ею то к Тео, то к Сераму под разными предлогами.
В первую их встречу, даже его друг не мог скрыть шок, ошибочно принятый за восхищение.
- Это просто ужас… - шепнул на ухо Тео, осушив одним глотком весь бокал с шампанским. – Нужно что-то более крепкое, в противно случае у меня сейчас из глаз брызнет кровь.
И Серам прекрасно понимал его. Но в место того, чтобы показывать открыто отвращение, пришлось натянуть улыбку и быть обходительным, то и дело ловя плотоядные взгляды мадам Эрмин.
Лежа на широкой кровати, в окружении пушистых перьевых подушек, Серам пытался уснуть, под плавные покачивания корабля на волах.
«Может стоило напиться?» - резко открыл глаза и принял сидячее положение, лихорадочно выискивая глазами бутылки вина, привезенных из Флеур и бессовестно забытые.
⁃ Опачки, - вытянул из-под кровати ящик с еще закупоренными бутылками. – Спасибо Господе, что этот дурень не страдает от алкоголизма и как бурундук все прячет под кровать.
Пальцы дрогнули на горлышке одной из них. Сомнения нахлынули новой волной в его разуме. Прекрасно зная, что если выпьет, то запрет Тео точно будет нарушен, он с жадностью вытянул пробку.
⁃ Сам главное там развлекаться, а мне нельзя что ли?
Одна за одной шли бутылки. Красная жидкость как вода в самый жаркий день - хорошо шла. Охмелев и осмелев, он принял решение что не хочет провести и эту ночь в одиночестве.
Дочка семейства Эрмин была отнюдь не дурна. Милое личико, не испорченное пирожными, тело хорошо было подчеркнуто роскошными нарядами. На первом же приеме, она приглянулась Сераму, да и казалось, что и та не менее была заинтересована гостем из другой страны. Вот только Тео, будь он проклят трижды, запретил приближаться к отпрыскам местной аристократии, чтобы избежать лишних проблем, к которым могли привести его похождения.
Теодор не раз спасал своего горе любовника от правосудия осрамлённых мужей чьих жен тот, разумеется с их же слов, околдовал. И этих случаев было слишком много, чтобы в Касо позволить Сераму развлекаться в привычном для того виде. От него требовалось лишь одно – не трогать местную знать, выбирай кого хочешь. Но чем рьянее тому запрещали, тем более велико было желание вкусить запретный плод.
На сегодняшнем ужине с семьей Эрмин, их дочка в очередной раз стоила ему глазки и как тут было устоять и не поддаться искушению? Дошло до того, что под столом игриво водила очаровательной ножкой, место который должно было быть вовсе не на его колене, а на его плече.
⁃ Он даже не узнает… - нашептывал как мантру, расхаживая их стороны в сторону.
Решение было принято и Серам двинулся в сторону массивного дома, из белого камня, с вычурным извилистым забором, с такими удобными выемками для ног, что только самый глупый вор не осмелился бы пробраться и поживиться. В его же случае, единственное на что он хотел позариться – находилось в одной из главных спален дома. Не было той преграды, которая смогла бы остановить человека так сильно делавшего получить женское тепло и на ночь забыть свой самый страшных грех. Глупо, безрассудно и ой как подпортило бы все их дело, если поймают. И ключевым, в размоченном разуме было – «если».