Рядом с затылком раздался щелчок затвора. Тяжелый ком образовался в горле Серама. Сглотнув несколько раз, с резью он наконец-то провалился глубже и вновь вернулась речь.
- Ребят, давайте без этого, а? Ну бывает, немного пошалили с девушкой, что уж такого. Ну вы понимаете меня, да? - Серам нервно рассмеялся, глаза его лихорадочно бегали из стороны в сторону выискивая пути к отступлению или хотя бы любого проходящего мимо человека.
Это был не первый раз, когда его хотели поколотить за его чрезмерное увлечение женским полом. Возможно, кого-то пара драк, тумаков да угроз утихомирили бы, но только не этого дурака. Мало того, что он почти из всех потасовок выходил сухим из воды, так еще и умудрялся с теми женщинами провести после еще несколько ночей, пока интерес вовсе не пропадет. Пару раз даже пытались убить, считая, что только смерть сможет искупить грехи и вновь сделать даму нетронутой, вернуть честь и достоинство. И как можем видеть, даже после покушения, он остался живее всех живых, по большей части благодаря Теодору. Но в этот раз… ему кажется, что так просто он не отделается.
Два здоровенных мужика, ростом выше самого дорогого шкафа, по весу наверняка были, как если бы их заполнили доверху битком тяжеленными платьями. Серам попытался сдвинуть их, стоило тем только встать по обе стороны от него – попытки были тщетными. Они схватили его под руки и приподняли, отчего более его ноги не касались даже деревянного пола, устеленного ковровой дорожкой. Повели в сторону грузового отсека, хорошо знакомого Сераму, ведь именно там он провел больше суток, прячась от погони.
***
Вернувшись после не самого удачного ужина в ее жизни, Истер плюхнулась на кресло, шурша длинной юбкой. Прикрыла глаза и тяжело простонала от бессилия. Кто бы мог подумать, что встретит это животное именно сегодня и именно здесь, на этом чертовом корабле плывущим в Флеур. Сальные, как его волосы не видевшие давно мыла, шутки вызывали рвотные позывы сильнее, чем от вида рыбной требухи. Не будь они средь приличной публики то точно бы показала свой «богатый» внутренний мир.
- Истер, - мягко отозвала Агнес, присев на самый край рядом стоящего голубого замшевого дивана. – не принимай так близкой к сердцу сегодняшнее. Учитывая наше нынешнее положение, мы вряд ли можем претендовать на достойное отношение с стороны местной публики.
За все время их пребывания в Касо, Истер и Агнес часто встречались с подобным отношением местных «богачей» считавших, что раз они имеют какой-то капитал и звучную фамилию, то все теперь должны были расстилаться пред ними. Даже спустя несколько месяцев тяжело было привыкнуть к подобному, хоть встречайся с этим каждый день и не по одному разу. Привыкнув всю свою жизнь жить в роскоши, в поклонах и лести, невозможно было даже через года отвыкнуть и начать жить как простой человек. Это родилось вместе с ней, передалось через кровь.
- Я понимаю, но и не понимаю в тоже время. Как ты могла понять, мы с ним пересекались уже, и это он испортил мне тогда платье и силком удерживал, чтобы не ушла. Он не пойми как нажил свой капитал, демонстрирует горы денег, а сам ведет себя как последний отброс! У этого человека ни манер, ни приличия. – в сердцах выкрикнула истер, чувствуя, как эмоции забурлили и переливались за край. Сделав несколько вдохов и медленных выдохов, она вновь продолжила. – Никогда не смогу привыкнуть к такому отношению…
- Ты сама выбрала этот путь, дорогая. – Агнес подошла к дочери, с материнской нежностью провела по ее щеке ладонью, смахивая выступившие слезы. – У человека всегда есть выбор, и ты пошла по самой бугристой и тернистой дорожке из тех, что были тебе уготованы. Теперь нужно либо дойти до конца, либо же разворачиваться и возвращаться в самое начало, на перекресток.
- Я… я думала… думала, что у меня получится преодолеть это, что смогу принять это и найти свое место в мире за пределами Уфетона. С самого детства отец только и твердил, что моя участь — это удачно выйти замуж и родить ребенка. По началу я так и думала, что да, это ведь самое главное в жизни каждой женщины, но чем старше становилась, тем сильнее претила сама мысль браков по расчету. Как? Как можно было спать с тем, к кому ты не испытываешь каких-либо чувств? Как можно жить с тем, кого ты не любишь и вряд ли когда-либо сможешь полюбить? Видеть потом всю жизнь только его лицо и с каждым днем копить в себе гнев, пока вовсе не станешь его ненавидеть.