- К счастью, все обошлось. Но можешь не переживать, на прощание я оставила ему подарок от себя. Полоснула ножом по щеке, так что, думая, там остался не слабы порез, того глядишь и шрам. А следующим же утром мы сбежали в Касо.
- Прости что из-за меня тебе пришлось вновь вспомнить об этом… - он чувствовал себя виноватым и ничего не мог с собой поделать. Последнее, что ему хотелось, это теребить ее душевные раны.
- Знаешь, я безумно рада что не поддалась на все эти уговоры и смогла хоть как-то отстоять свою позицию и право выбора. Ведь будь я хоть на толику слабее, то никогда бы не встретила тебя. - она как кошка потерлась щекой о мускулистое плечо молодого человека и с легкой улыбкой вновь заговорила. - так что, я вполне себе завидная невеста. Глядишь возможное сотрудничество с столицей, перекроет ваши проблемы с Касо.
Тео немного отодвинулся от девушки, провел пальцами, еле касаясь, по ее щеке и аккуратно поцеловал в лоб, задержавшись дольше положенного.
- Даже будь ты вся в долгах, я бы все равно всем сердцем желал быть с тобой. – молодой человек прикоснулся своим лбом к лбу девушки, прикрыв глаза. - Один твой взгляд заставляет мое сердце биться чаще и кажется, будто оно готово пуститься в бесконечный танец. Рядом с тобой, мой разум полностью очищается от любых мыслей и заполняя тобой. Я влюблен в тебя с тех самых пор, как увидел впервые и с тех же пор, полностью пропал…
Он целовал её, и Истер утонула в жаре и чувственности этого мужчины.
Тео не просто целовал, он утверждал своё право собственника. Сначала касания были легкими, как ночной ветер в самый солнечный день, даже мимолетными и это пробуждало в девушке то незнакомое ей, до встречи с Теодором, желание завладеть им полностью и без остатка. Истер никогда в своей жизни не желала ничего и уж тем более никого, также сильно как сейчас поцелуев с ним. Обвив своими руками крепкую шею, она переняла инициативу и требовательно углубила поцелуй, словно от этого сейчас зависела ее жизнь. Она играючи лизнула нижнюю губу Тео, как голодный кот ложку сливок.
Одну руку, мужчина расположил на затылке Истер, погрузив пальцы в капну золотистых волос, а вторую уместил на пояснице, с каждыми разом все сильнее и сильнее ее прижимая. Кожа изнемогала от потребности там, где он её касался. Тео целовал её долгими, глубокими, медленными поцелуями, сопротивляясь напору девушки, растягивая удовольствие, а потом — жёсткими, быстрыми, не в силах более терпеть.
В его объятых девушка выглядела неестественно тончайшим фарфор, нежнейшим фарфором, стоило только не рассчитать силу, пустить своего внутреннего демона наружу и позволить страсти поглатить его, синяки тут же бы отпечатались на ее молочной коже, как метка. Для Тео, Истер была таким совершенством, которого он никогда не был достоин. За ту способность удивляться, которой она ещё обладала, за то ощущение свободы, которое она заставила его однажды вспомнить.
Будучи мужчиной, ему нужно знать, что она нуждается в нём. И он, целуя каждый дюйм её шелковистой кожи, медленно скользил языком по шее, до самой ложбинке упругой груди. Он спрыгнул с деревянного ящики, оставив девушку на месте. Устроился между ее бедер, параллельно с этим задирая ее ночную сорочку и расправляя в стороны края халата.
Его голубые глаза сверкнули в свете утреннего солнца игривым огоньком. Взгляд Истер непроизвольно упал на растянутые в усмешке губам. Тео, наблюдая за девушкой, еле касаясь, провел вверх от кончиков пальцев, до ее плеча, подцепил край сорочки и позволил ей спасть с одного плеча.
Сердце Истер готово было выскочить из груди прямо сейчас. Его стук доходил до барабанных перепонок, заполнив собой голову. Когда Тео проделал тот же трюк и со второй лямкой, позволил тонкой шелковистой ткани упасть до талии, оголяя грудь, стон сорвался с ее, припухших от поцелуев, губ.
Теодор вновь приник к ее губам, а затем переключил все свое внимание на манящую часть тела. Под ласками мужчины, Истер откинулась на руки назад, полностью раскрываясь перед ним, не боясь быть пойманной. Чувствуя язык на своей груди, как он медленно скользил по соскам, очерчивая круг, до тех пор, пока от ласк и ветра он не стали затвердевшими и напряженными. Пока Тео был занят грудью, одна его рука придерживала Истер за спину, не позволяя упасть.
Тяжелые вдохи, учащенное сердцебиение – этого было мало, чтобы утолить голов мужчины. Он проложил дорожку из поцелуев ниже, вынужденно отпустив Истер и переместил свои руки на ее оголенные бедра, обхватившие его с двух сторон. Встав на колени, двинулся целуя, по внутренней части мягких бедер девушки, к тому месту, где давно копилось напряжение.