- Дара, что ты такое городишь?! Я не знал, что подобное происходит в стенах Академии! - директор этого бардака пошел пятнами, начиная даже заикаться.
- Теперь знаете! Быстро убрали заклинание, иначе... - зло сощурилась, надвигаясь на мужчин.
- Ещё бы знать, что это такое... - пробормотал Рариер, задумчиво уставившись на дверь с надписью.
С каждой минутой я злилась все сильнее, их промедление было больше похоже на саботаж, будто они и не собирались убирать эти похабные писульки. Обида клокотала в груди, не на такой прием я рассчитывала, когда переезжала, думая, если не подружусь с девочками, так хотя бы сможем общаться, но похоже даже это нам не светит, если мужчины не уберут надписи. Прекрасно знаю, как это, когда над тобой издеваются, и пусть девушки были чистокровными гордячками с первого круга, оставлять их в беде я не собиралась.
- Я думаю дело не в двери, а в поле под ней. - наконец подал голос вампир, и повернулся ко мне, - Дара, выжги верхнюю часть пола.
- А сам? - с подозрением спросила.
- Ассистент преподавателя сжигает двери и доски на пути к женской комнате? - ехидно спросил Отто, приподнимая бровь, - Хочешь такие слухи распустить?
- Ладно, ладно, я поняла. - направила небольшое количество огня в указанном направлении.
Первые пару секунд ничего не происходило, но потом весь коридор заволокло едким дымом, я закашлялась задыхаясь. Это наверно мне и помогло, я согнулась, в кашле, и заметила, как мимо меня пронеслось какое-то заклинание, как раз там, где была моя голова. Вытаравщись на Отто, я была уверена, что он про него знал, поэтому сказал мне сжечь пол, но его не менее ошарашенный вид показал что я не права. Посмотрев за спину, почувствовала, как моя челюсть отвисает - на стене шла короткая надпись на всеобщем содержащая только одно слово: "Олень".
- Рарииииер!.. - я набрала в грудь больше воздуха и заорала на директора, - Что тут происходит?!
- Дара, клянусь дарами богини-матери, я сам не знаю!
Никогда ещё не видела Рариера настолько подавленным, хотя оно и понятно, не каждый день пропускаешь подобное на своей территории. Только почему должна я страдать, что он свою работу не выполняет?
Залетела внутрь комнаты, и, покопавшись в сумке, достала листок и перо, подробно описав произошедшее только что на меня нападение, выбежала и всунула в руки директора.
- Дар, прости, искать никого не нужно, я знаю, кто это мог сделать... - как-то слишком виновато пробубнил Рариер.
- Кто?! - найду и лично накажу гаденыша, он у меня не только "Оленем" обзаведётся, но и чем похуже.
- Один из моих племянников. - убито признался мужчина, и поспешил добавить, видя как мое лицо перекашивается, - Нет, не Марэн, Ватэру, он в этом году выпускается из Академии.
- Исключи его, это, не в какие рамки не входит. А если бы пострадали девочки? Они тут при чем? - вампир бил этими вопросами директора наотмашь, тот морщился, но даже я понимала, что не может пойти против родни.
- Не нужно никого исключать, но и нас после того, что мы сделаем с обидчиком наказывать нельзя. Иначе, - я отобрала обратно свое заявление, - Я пойду с этой бумажкой не к тебе, а сразу к своим родителям.
Угроза была настоящей, мои родители занимали не последнее место во власти города, показав себя с лучшей стороны. За покушение на здоровье, честь и жизнь своего ребенка, они не только заставят исключить преступника, но и могут отправить его в тюрьму. Поморщившись, Рариер согласился, только попросил сильно не калечить дракона. Установив новую дверь, уже без надписей, ящерица поспешила покинуть нашу негостеприимную компанию. Как раз вовремя, мои будущие сообщницы как раз столкнулись с ним на лестнице, я предвкушающее потерла руки.
Как я и предполагала, девочки были прекрасно осведомлены, кто им оставил подобное признание в любви на двери и на полу. Изрядно удивившись отсутствию надписей на наших лбах, они уже с гораздо большим уважением посмотрели на меня. Затащив своих будущих сообщниц внутрь, выставив вампира заниматься своими делами, я посадила девушек на кровать и начала ходить из стороны в сторону, перебирая разные планы. На моменте описания лишения дракона мужской силы, Тариэлла, одна из близняшек, покраснела как маков цвет и призналась, что она его истинная. Я прекрасно понимала, что эти три темных так откровенны только из-за фактора неожиданности, и решила использовать это с пользой.