- Сейчас посмотрим. Смотрителя гарема сюда, живо! - боюсь, что ещё немного, и я начну убивать. - Я требую своим именем, снять наложенные печати на покои лари Ираидалы. И веди, хочу посетить новые комнаты лари, ведь она поселилась там после рождения наследников и я там ни разу не был.
- Берс, не стоит! - попытался остановить меня Таргос, используя даже свое положение моего молочного брата.
- Теперь тем более пойду. И если я ещё хоть кому-нибудь буду повторять приказ дважды, вам фарлака нежной лаской покажется! - рявкнул я.
Смотритель посеменил вдоль коридора, всё время оглядываясь и трясясь. И вдруг остановился у самых крайних дверей в коридоре, ведущем к комнатам прислуги. И именно с них снял хорошо видимую, после моих слов о снятии, печать.
- Никто ничего не перепутал? - на всякий случай уточнил я.
- Нет, именно здесь жила лари Ираидала. - Ответил мне Таргос, так как смотритель даже стоять не мог от страха.
- Здесь? Фактически в комнатах прислуги? Как служанка? Тому, кто поселил её сюда, лучше сдохнуть самостоятельно и до того, как я из этой комнаты выйду. - Толкнул я дверь и вошёл.
И лучше бы не входил! Тут не было даже необходимых удобств. Сквозь проплешины ковра был виден пол. Самое дорогое, что я здесь нашёл, это было зеркало в купальне и секретер в углублении.
Бумаги, книги, было видно, что какие-то забрали. Толстые тетради. А вот и доказательства того, что обозы готовила Ираидала. Все расчёты, списки, цены. Одна из последних тетрадей привлекла внимание датами. Аккуратно расчерченные страницы, когда и сколько получено, на что потрачено... Столбик подарки просто исчез. Развернулся к последней двери, гардеробная. Передо мной вырос Таргос.
- Послушай, хватит. У тебя и так глаза полыхают! - говорит он.
Просто отодвигаю его в сторону и захожу. Пустые несколько вешалок. Немного же Далли забрала с собой. Фактически детей и коня.
- Берс, я попробую объяснить... - попыталась влезть в мои мысли мать.
- Что дословно сказала Ираидала, когда отказалась выбирать подарки? - потребовал я.
- Я... Я не знаю, мне передали служанки. - Пискнула мать, видя моё лицо.
- Зови, живо. - Я уже хотел обратно на войну!
Дождаться обоза, чтобы знать, что ещё есть шанс, что не всё я уничтожил вот всем этим скотством. Не важно, сам или веря кому-то.
Служанка прибежала быстро, та же самая, что доносила майриме, когда я пришёл к ней.
- Я точно не помню, - начала мяться она, но по бегающим глазкам я понял, что это очередная ложь.
- Вспоминай! Или мне Таргоса без сна и отдыха оставить, чтобы он всё из вас вытрясал? - не стоит сейчас пытаться увернуться от ответа.
- Она... Она сказала...
- Хватит блеять! - терпение подходило к концу.
- Она сказала: " Всё это оплачено кровью. Мне не хочется таких подарков, лучше бы Берс поменьше воевал и подольше был рядом"! - выпалила и зажмурилась служанка.
- И как слова о том, что лари не хочет, чтобы я был на войне и никакие подарки это не изменят, смогла превратиться в заявление, что среди этого хлама нет ничего достойного? - прошипел я. - В нижний гарем на самую тяжёлую и грязную работу! Без права даже близко подходить к верхнему гарему или его обитателям. Сразу, как оправится после порки. Сорок ремней. Прямо сейчас! С теперь все вон!
Почти всех словно ветром снесло, только мать задержалась на пороге.
- Ты унизил меня, сослал, как последнюю наложницу в прачечную, лишил служанок... И за всё это я должна благодарить Ираидалу! - прошептала она.
- Только своё враньё! - ответил я, закрывая дверь.
Придя в свою комнату, я упал без сил на пол рядом с кроватью. Стук в дверь удивил. Оказалось, наш повар принес тонкие сладкие блинчики, горький отвар и кизиловое варенье. Опять оно! И причём получал я такой приём каждый раз, возвращаясь из похода домой.
- Чей приказ? - сразу решил уточнить я.
- Ну... Это... Лари, которую нельзя называть. - Нашёлся повар.
- И откуда только узнала, - усмехнулся я, задавая вопрос и не ожидая ответа.
- Ну, если как слуга оману, то скажу, откуда я могу знать. - Ответил вдруг повар. - А если по-человечески... Да много ли надо по-настоящему любящей бабе, чтоб узнать, что её мужику по нраву? Раз увидела или услышала, и всё.
- Спасибо, что по-человечески. - Ответил я.
Повар ушёл, а его слова о любящей, всё крутились в голове. И слова майриме о том, что отец держит лари Лайну при себе, и это как-то влияет на броню.
А ведь проблемы с броней начались именно около года назад, после того, как Далли чудом выжила после покушения. Примерно с того времени, как начались разговоры о том, что той ночью её сердце умерло.