– Что? Ты не посмеешь так меня унизить! – воскликнула мать.
– Император приказал известить его, как будет наказана лгунья, присвоившая себе чужие заслуги. – Жёстко отчеканил я. – Или наказываю я, или тебя накажет отец!
– Нет! Я...
Майриме прервал стук в дверь, после разрешения войти, в комнаты матери вошёл новый казначей.
– Оман, содержание кверхов бессмертных мы считаем, как прихоть лари, тратившей своё содержание, как ей вздумается, или это государственные нужды? – спросил он, глядя на меня.
– Это действительно так важно, что вы пришли даже в мои покои в поисках омана? – почему-то заволновалась мать.
– Таак... Какое отношение Ираидала имеет к содержанию кверхов? Которым, как я знаю, ежемесячно выделяются деньги из доли военной добычи, причитающейся императорскому роду? Да ещë и наложницы ежемесячно в качестве благотворительности помогают. – Спросил я мать, заверявшую меня вместе с казначеем именно в этом ещё года четыре назад.
– Чего? – непосредственно удивился мой юный казначей. – Что за бред! И близко такого нет. С рождения наследников и уже больше семи лет, госпожа Ираидала каждый месяц со своего содержания лари отдаёт деньги старшим кверхов. Они за счёт этих денег и существуют. Да вы любого стражника спросите, все знают, если сегодня выплата содержания, то завтра придут старшины. Сейчас-то конечно им легче. Барлик, Марс... Ой! Илсиры Барлик и Марс и их сестра заботятся. А так только лари и помогала.
Утихнувший было гнев всколыхнулся с такой силой, что казалось, я сам сейчас полыхну не хуже Валисандры.
– Содержание кверхов это строго государственные нужды. – Чеканю, не отводя взгляда от побледневшей матери. – Так сколько всего в месяц тратила именно на себя госпожа Ираидала?
– Восемнадцать – двадцать монет. Сюда же включается и содержание её личных рабынь, Фарли и Гульнизы. – Отчитался парень, а я с трудом проталкивал воздух в лёгкие. – И кстати, я точно знаю, что старшие оставляли лари расписки в получении денег. Может она их не забрала с собой?
– Сейчас посмотрим. Смотрителя гарема сюда, живо! – боюсь, что ещё немного, и я начну убивать. – Я требую своим именем, снять наложенные печати на покои лари Ираидалы. И веди, хочу посетить новые комнаты лари, ведь она поселилась там после рождения наследников и я там ни разу не был.
– Берс, не стоит! – попытался остановить меня Таргос, используя даже свое положение моего молочного брата.
– Теперь тем более пойду. И если я ещё хоть кому-нибудь буду повторять приказ дважды, вам фарлака нежной лаской покажется! – рявкнул я.
Смотритель посеменил вдоль коридора, всё время оглядываясь и трясясь. И вдруг остановился у самых крайних дверей в коридоре, ведущем к комнатам прислуги. И именно с них снял хорошо видимую, после моих слов о снятии, печать.
– Никто ничего не перепутал? – на всякий случай уточнил я.
– Нет, именно здесь жила лари Ираидала. – Ответил мне Таргос, так как смотритель даже стоять не мог от страха.
– Здесь? Фактически в комнатах прислуги? Как служанка? Тому, кто поселил её сюда, лучше сдохнуть самостоятельно и до того, как я из этой комнаты выйду. – Толкнул я дверь и вошёл.
И лучше бы не входил! Тут не было даже необходимых удобств. Сквозь проплешины ковра был виден пол. Самое дорогое, что я здесь нашёл, это было зеркало в купальне и секретер в углублении.
Бумаги, книги, было видно, что какие-то забрали. Толстые тетради. А вот и доказательства того, что обозы готовила Ираидала. Все расчёты, списки, цены. Одна из последних тетрадей привлекла внимание датами. Аккуратно расчерченные страницы, когда и сколько получено, на что потрачено... Столбик подарки просто исчез. Развернулся к последней двери, гардеробная. Передо мной вырос Таргос.
– Послушай, хватит. У тебя и так глаза полыхают! – говорит он.
Просто отодвигаю его в сторону и захожу. Пустые несколько вешалок. Немного же Далли забрала с собой. Фактически детей и коня.
– Берс, я попробую объяснить... – попыталась влезть в мои мысли мать.
– Что дословно сказала Ираидала, когда отказалась выбирать подарки? – потребовал я.
– Я... Я не знаю, мне передали служанки. – Пискнула мать, видя моё лицо.
– Зови, живо. – Я уже хотел обратно на войну!
Дождаться обоза, чтобы знать, что ещё есть шанс, что не всё я уничтожил вот всем этим скотством. Не важно, сам или веря кому-то.
Служанка прибежала быстро, та же самая, что доносила майриме, когда я пришёл к ней.